Я сидела на склоне цветущего холма, погруженная в морской свежести и легкометное трепание травы под моими ногами. Воздух был наполнен ароматом свежевспаханных земель и теплыми солнечными лучами, как будто освобождение природы от пленки драконьей тюрьмы.
Следовательно, и толерантности тут тоже не слышали.
— Дерзкая, — прошипел Аржи за моей спиной, а в следующий момент меня закружило чужой магией.
Оплело, опутало, захватив дыхание, обездвижив мое тело. Все, что я ощущала в эти секунды, только острую нехватку воздуха. Но все закончилось столь же быстро, как и началось. Вот только теперь я не стояла обнаженной перед разозленным мужчиной. На мне было то самое платье.
Дважды урод, он мог сразу прибегнуть к магии, а не разглядывать меня словно букашку, пришпиленную булавкой к рамке на стене.
— Тебе стоит вымыть рот с мылом, — подходя ближе, произнес он. — Но тем лучше, мне нравится, когда сопротивляются. Я научу, как быть моей женщиной.
— Камердинера тоже учили? — он что, правда считал, что я испугаюсь?
Да я уже сыта по горло демонстрацией его силы. И покорным барашком, идущим на заклание, не буду. Ничего он мне не сделает. Мне — точно нет, но Арнель и Вейлу? И всем обитателям дворца? Черт, Дана, не стоит терять терпение и хладнокровность.
Холодные пальцы впились в подбородок, вынуждая меня задрать голову и смотреть прямо в горящие яростью глаз Аржи. Он подошёл слишком близко, настолько, что я ощущала его дыхание на своих губах и щеках.
Если он полагал, что я проглочу и этот плевок, то ошибался. Как уходить от захвата я знала, спасибо тренировкам с драконами. Я понимала, что он просто не ожидал моего сопротивления, иначе у меня бы ничего не получилось, все же я сама допустила ошибку, начав играть по его правилам. Стояла как дура, давая себя и потрогать и вроде как одеть.
— Позор, Аржи. — Вывернув его руку и продолжая ее удерживать за запястье, произнесла я. — За столько лет не научится обращаться с женщинами. Мы не животные и не слуги. Учить покорности нужно зверей, но не любимых.
Я отпустила его руку, отступила на шаг. Я понимала, что у него сил больше, что он может навредить моим друзьям, а потому отступала, но при этом показывала, что обращаться с собой подобным образом больше не позволю.
Сейчас я вынуждена следовать его правилам, но со своими коррективами. Хочет меня куда-то отвести? Что ж, выбора у меня все равно нет. Я пойду, однако хватит и того насилия, которое он уже сотворил. Иду-то я не по своей воле.
— Любые отношения начинаются с уважения. А не страха, и бояться тебя, как бы тебе этого не хотелось — не буду.
— А ты, как и все женщины склонна к нравоучениям, — словно бы ничего только что не произошло, произнёс он и усмехнулся.
