Аксинья Дурацкий мучилась с кодом доступа до бесконечности. Он ни в чем не замечен, но всегда выдает ошибку. Все потому что пришел недавно Есенин, работящий днем и ночью. Свои проблемы тоже есть - даже если он и так много работает. Нужен разумный подход к решению этой нерешаемой проблемы......
Всю следующую неделю мы провели на объектах, где я демонстрировала чудеса эквилибристического программирования, так как то ли их носители, куда заливалась программа, немного отличались от наших, то ли просто в другой стране техника все делала с искажениями, но помучилась я изрядно. Хотя китайцы, после запуска первого объекта смотрели на меня как на Мать Терезу, с благоговением в глазах. Видимо, пытались уже запустить, но ничего у них не вышло.
Лишь в конце недели, когда мне пришло сообщение от моих квартиросъемщиков, я вспомнила, что надо бы заехать за квитанцией, и заплатить, а то конец года и все нервничают, когда где-то что-то не заплачено.
В субботу Злата после обеда меня покинула и отправилась на урок. В отеле показалась только поздно вечером, явно нервничая перед завтрашней встречей. Все мои попытки ее успокоить не увенчались успехом, поэтому накапала ей пустырника, благо он был с собой, и принудительно отправила спать. А я загадала: если у Златы с Сином все сложится, то и я подумаю над развитием отношений с Сеней.
В воскресенье утром она уехала рано, загадочно улыбаясь. Я же решила отоспаться, так как эти китайцы и днем и ночью согласны вытряхивать из меня информацию, даже ту которой я пока не владею. Проспав полдня, снова зарылась в разработки, так как следующая неделя была посвящена презентации новых разработок. Может быть, Китайцы вложатся в развитие этих проектов. Кстати вторая разработка Есенина тоже фигурировала здесь, и я уверена, что умные и состоятельные люди сразу же попытаются купить ее.
Встретились мы с ней только в понедельник утром в зале совещаний. Помощница выглядела не выспавшейся, но довольной, как кошка. В обед она мне радостно поведала:
– Син мне сделал неприличное предложение, – Злата сияла как начищенный самовар.
– В смысле? – Не поняла я.
– В прямом. Он хочет, чтобы я переехала к нему, и позволила сделать наш брак настоящим.
– Здорово, – порадовалась я за девушку, а сама подумала, что если Есенин еще не передумал, то, пожалуй, я тоже соглашусь на его странное предложение.
Вообще, в последнюю неделю Арсений мне не писал. И фото не отправлял. Я впрочем, тоже, потому что элементарно забегалась.
