Годовщина свадьбы вот уже третий день, и Ангелина мучительно ждет мужа. Уже десятый раз она проверяет время на часах, уныло поднося их к глазам. Звонок мужу был предшественником многих недовольных ответов: "Лина, я занят". В этот раз он пообещал пойти вместе с дочкой гулять, но Ангелина надеется на лучший исход — что-то серьезное. Наконец, время подошло к полуночи — и муж все еще не приходит....
— Выдохлась, похоже, — усмехнулась она.
— Но сейчас же только восемь, — подметил Тимур.
Он-то надеялся еще час-два побыть с ними. Что же теперь Лине ехать домой?
— Нам надо собираться, — будто прочитала его слова жена. — Но сначала я тебе немножко помогу.
Она красноречиво оглядела совершеннейший беспредел, который они натворили в гостиной. Схватила несколько тарелок и понесла на кухню.
Тимур пошел следом.
Он решительным движением отобрал у жены тарелки, положил в раковину. Но вместо того, чтобы загрузить их в посудомойку, вдруг повернулся к Ангелине, подхватил ее, обомлевшую, под руки и усадил не стол.
Глава 49
Мусор души
Ангелина не поняла, как оказалась на столе, как позволила Тимуру завладеть ее губами, как сама позорно отдалась на милость его поцелуев."
"Она этого не планировала, не собиралась допускать никаких телесных контактов. Но в эту самую минуту оказавшись в его руках, словно зачарованная его магнетизмом поддалась ласке. Больше того, дарила удовольствие в ответ, стала рьяно отвечать на его поцелуи, обняла мужа за шею и прижалась к нему в немой мольбе.
Он развел ее ноги, стоял к ней вплотную, и, хотя оба были одеты, Ангелина его прекрасно чувствовала. Будто Тимур в том самом месте стал горячее, обжигал даже через ткань его плотных шортов и ее шерстяных брючек.
В нее будто дьяволица вселился, и эта дьяволица очень хотела близости.
Как же Ангелина любила Тимура когда-то, как же хотела! В восемнадцать она буквально хныкала про себя и дождаться не могла, когда Акулов заберет ее, когда уложит в койку и наконец возьмет.
И вот доигралась в счастливый семейный вечер. В эту самую минуту ей хотелось мужа ровно также, как в первые месяцы их отношений. Голова кружилась, а внутри всё ныло от предвкушения ритмичных толчков его естества внутрь.
Казалось бы, что тут предвкушать? Это блюдо пробовано-перепробовано.
Ангелина была с Тимуром сотни раз за годы, что они прожили вместе, и страсть поутихла, однако в эту минуту всё чувствовалось гораздо острее, ярче, приятнее…
Может быть, всему виной то, что у Ангелины уже полгода никого не было? Не изменяла она Тимуру ни до, ни после расставания, хотя желаний в ее теле жила масса. Не потому, что стремилась хранить верность, просто не ставила себе цели кого-то найти, волновали другие заботы.
