В глубокой ночи, в самое злачное заведение города залезла девушка с невиданными намерениями. Это мужской бордель – место где открыты все границы фантазий и желаний. Для нее это шанс взглянуть на мир изнутри, испытать себя в самых разных масках.
Да и в любом случае вы отвалили шестьдесят кусков не для того, чтобы играть с ним в шахматы.
Как раз-таки нет!
Она не угадала. Я не собиралась спать с этим мужчиной, не собиралась его насиловать. Просто хотела спасти от жестокой извращенки, чтобы его первый раз не был чудовищным.
А теперь, получается, мне придется…
Я почувствовала себя загнанной в угол.
Бумаги я подписывала как в тумане.
— Мы останемся здесь? — я огляделась вокруг.
Заниматься любовью на сцене пусть и с опущенным занавесом было неловко, хотя, стоит признать, обстановку нам постарались создать интимную.
— Не волнуйтесь, никто вас не потревожит. Если раб станет более сговорчивым, сможете переместиться в одну из спален на втором этаже. А пока не советую его развязывать.
Забрав бумаги, ведущая еще раз задорно мне подмигнула и скользнула за полог занавеса, а я осталась наедине со своей строптивой покупкой.
Смущенная и растерянная, я как могла оттягивала момент нашего знакомства. Эльф за моей спиной шумно дышал. Я почти видела, как его ноздри широко раздуваются от гнева, слышала звяканье цепей и скрип постельных пружин.
В конце концов мне пришлось обернуться.
Жрец леса хмуро следил за мной из-под сведенных бровей. Его могучая грудь ходила ходуном. Когда я приблизилась к кровати, верхняя губа эльфа поднялась в оскале, обнажив крепкие белые зубы.
— Ты слышал наш разговор? Если ты не кончишь в ближайшее время, то уже никогда не сможешь быть с женщиной. Обещаю, я буду нежной.
У меня тряслись пальцы.
— Я дал обет безбрачия, — выплюнул эльф. — И уже давно отказался от связи с женщинами.
Ну и что я могла на это ответить? Упрямцу было плевать на угрозу импотенции, потому что он все равно не собирался пользоваться своей штучкой.
И как с ним договориться?
Я неловко переступила с ноги на ногу.
Надо было как-то начинать, что-то делать, но я не знала, как подступиться к этому дикому зверю."
"Его руки, прикованные к изголовью кровати, обмякли и расслабленно повисли в кандалах, но стоило сделать еще один малюсенький шажок к постели, и пальцы пленника сжались в кулаки.
— Тронешь — убью! — пригрозил он.
Но я тронула. Словно зачарованная, коснулась его голой мускулистой груди, вздымающейся от частого дыхания.
