Девлин чуть отодвинулся, чтобы осторожно захватить губами мочку ее уха; от этой возбуждающей ласки Меган охватила волшебная дрожь. Она глубоко вздохнула.
Меган попыталась сосредоточиться на маршруте, который избрали его губы, чтобы заранее определить конечную цель их путешествия, но ей это не удалось — слишком сильным оказалось наслаждение, которое она испытывала от их прикосновений. Меган невольно ахнула, когда один из ее сосков глубоко погрузился в горячее влажное тепло его рта. Девушка была слегка шокирована — ей с трудом верилось, что это может быть частью урока. Но она не остановила Девлина. Она не хотела его останавливать, во всяком случае, только не сейчас!
Ее ногам стало холодно — она не сразу поняла, что ей поднимают юбку, а когда почувствовала, что с нее стягивают панталоны, то это, казалось, происходило с кем-то другим… Но наконец она спросила:
— А сейчас что ты делаешь?
Губы Девлина снова прильнули к ее губам в глубоком, страстном поцелуе.
— Показываю тебе все. Разве ты не этого хотела? Или ты испугалась?
— Так и должно быть.
Его ответ словно бросал вызов и ее упрямству, и ее любопытству.
— Не останавливайся, Девлин… Не сейчас.
Он снова поцеловал ее; Меган едва заметила, как ее панталоны совсем сползли вниз. Но она не могла не почувствовать, как его горячие пальцы коснулись средоточия ее женственности. Девушка удивленно вскрикнула, но Девлин заглушил ее крик поцелуем. Потом Меган застонала, крепко прижимая его к себе и наслаждаясь поразительными ощущениями, которых до сих пор не ведала. Она вся пылала в каком-то непонятном, почти горячечном расслаблении, ноги ее невольно раскинулись, разум покорился велениям тела, но Меган было все равно…
— Это… это тоже часть урока? — выдохнула она, когда Девлин оторвался от ее губ и начал осыпать ее шею и грудь короткими и жадными поцелуями.
— Конечно! — без малейшего колебания солгал Девлин.
— Значит, мне надо так же сделать с тобой?
— Нет… — хрипло пробормотал Девлин, понимая, что такого он уже не выдержит.
— Но мне очень хочется!
— Тогда я просто умру.
Меган подумала, что она тоже умирает, особенно когда Девлин лег на нее, а его бедра оказались между ее раскинутыми ногами и мужское орудие уперлось в то место, которое только что ласкали его пальцы…
А затем ее внезапно пронзила острая боль, и в этом уже не было ничего приятного. Глаза Меган широко раскрылись от испытанного потрясения. Как? Нет, наверное, нет! Может быть, эта боль и ощущение полноты внутри — вовсе не он, а все еще его пальцы? Однако Меган чувствовала руки Девлина — обе руки за своей спиной; они крепко прижимали ее к его телу. Меган пришла в ужас.