Автор
В свете дневного окна в спальне усадьбы Пенуорзи, Англия, 1878 года, Тайлер Уотли искоса смотрит на Меган Пенуорзи. Ее критические слова не просто раздражают, они вызывают страстную зависть — даже когда Меган говорит резко, словно отказываясь в этом признаться. Тайлер понимает, что он ей нравится, и эта мысль усиливается его собственными чувствами, хотя он старается скрыть это от нее....
— Но затем девушка прикусила губу. — А он не будет настаивать на этом после свадьбы?
— Ты знаешь, Тайлер не слишком склонен командовать. Но даже если он и будет настаивать, ничего не изменится: мы на всю жизнь связаны друг с другом.
Меган улыбнулась, отчего на щечках ее появились ямочки, придающие лицу красоту совсем иного рода — тепло, открытость и обаяние. Даже Тифани на мгновение сделала паузу, хотя ей и раньше нередко доставались такие улыбки. И все же девушка чувствовала себя одаренной чудесным подарком всякий раз, когда Меган улыбалась ей.
Выговорив мир, Тифани обняла подругу и повела ее к церковной двери, где Тайлер все еще беседовал с семейством Такереев. Девушка прошептала:
— Сегодня я так счастлива, Мег.
— Ты и вправду так думаешь? — с надеждой спросила Меган.
Тифани хотелось, чтобы это чертово приглашение было бы не столь важным для ее подруги, но, увы, оно значило для Меган слишком многое. И не только потому, что леди Офелия знала всех и вся в Девоншире и гости съезжались на ее вечера издалека, что всегда обеспечивало присутствие новых интересных личностей.
"Но все же главное заключалось не в этом. Впереди у Меган маячил ее первый лондонский сезон, где она сможет выбирать, кого ей заблагорассудится. Нет, графиня Уэдвиджвуд годами добивалась, чтобы приглашение к ней в дом рассматривалось как качественно новая ступень на пути в высшее общество.
