Полы приветливо распахнулись, и ладонь сама собой устремилась туда, в тепло, которое так ощутимо грело и звало приблизиться еще немного. Ему в этом не мог помешать ни сдвинутый в сторону лиф, допустивший его до так невыносимо желанной груди, ни начавшийся дождь, все громче стучавший по затылку и плечам.
Да что там говорить! Родной отец сейчас не смог бы оторвать его от этого божественного тела, даже если бы тянул за уши!
Откинув ведьму на выставленные руки, мягко придержал выгнутую спину и наклонился.
Его манили карамельные соски, которые уже успели раздразнить сдержанного эльфа до нервной трясучки и обильного пота. Только коснуться губами… Слегка сжать…
На вкус они оказались такими невероятными, что впервые за свою жизнь Дормун едва не кончил себе в штаны, самым кончиком языка щелкнув по тугой горошинке отзывчивую вершинку.
— Нет… Нет, не надо… — судорожно зашептала чародейка и попыталась прикрыться.
Выходило слабо, но Дормун отступил, замерев, как каменное изваяние.
Противен. Он ей противен.
Засел в засаде в холле и не моргая смотрел на дверь в ожидании, когда она откроется. Уже несколько часов прошло с того момента, как он тайком проводил эльфа и чародейку за порог, и этого было вполне достаточно для того, что целомудренно прогуляться и вернуться в Эл-Истон.
Но их все еще не было.
За окном опять барабанил дождь, стуча о серую черепицу. По стеклам ползли мокрые дорожки, подчеркивая тоскливое настроение дракона.
Не любил он дождь. И когда кто-то клал свой глаз на объект его воздыхания, тоже не любил.
Эта сцена с прорывом силы у Дары убедительно щелкнула дракона по носу, лишая надежды забрать ее себе и спрятать подальше от этих… соседей. Он не сможет постоянно забирать излишек, оттягивая момент слияния и гарантируя ей неприкосновенность, а значит, такой притягательный план — дождаться замену — треснул по швам, обнажая пересохшие нитки.
Придется. Он вынужден принять тот факт, что даже если совет и найдет ей замену за два этих года, единственным мужчиной у Дары ему не быть. Можно, конечно, тайком проводить ее к источнику, но это прямое нарушение договора между кланами. Вполне может начаться война — нет ничего страшнее обиженных мужчин, обделенных женским телом, по контракту принадлежавшим каждому в равной степени.
Грубо говоря, Расселу так или иначе придется делиться, и первый вариант развития событий давал надежду на то, что чародейка по прошествии времени выберет именно его.
