Встреча на корпоративном торжестве превращается в непростую психологическую драму. В зале царит уют и праздничная атмосфера, но скрытые под маской веселья тайны и неугасаемая мужская логика, которая скрывает в себе множество противоречий и конфликтов.
– Сейчас сюда придет старший смены, – сообщил он веско, – и мы с ним вместе пойдем и выясним, кто из вас и куда ходил в тот промежуток времени, когда пропало украшение.
– Но… в здании ведь нет камер, – робко сказала Оля. – Только снаружи…
Рекуров закатил глаза. Бабы, что с них взять!
– Магнитные карточки пока никто не отменял. – Вересаев покосился на исполнительного директора. – Мы считаем с компьютера безопасников данные о том, где они использовались. Дальнейшее понятно? Отыскать ожерелье – только вопрос времени.
В кабинете стояло молчание.
– Очень жаль, – искренне сказал Вересаев, покосившись на живот Оли Земко. – Сударыни, прошу вас пока подождать в моем кабинете.
– Я в туалет хочу, – жалобно сказала Земко. – Можно?
Рекуров снова закатил глаза, Степан Степанович выругался про себя.
– Разумеется, можно, – стараясь не цедить слова, а выговаривать по возможности мягко, сказал он.
Он собирался сказать, что с вызовом милиции она станет и вовсе непереносимой, но не успел.
– Чушь собачья, – проворчала Инга Андреевна. – Не вас подозревают в краже, а нас. Так что идите и выясняйте, что вы там хотели. И заберите Земко с собой, пока она здесь не отличилась.
«Старая ведьма», – мелькнуло в голове Вересаева. Оля Земко, судя по взгляду, брошенному ею на коллегу, подумала примерно то же самое, но она сдержалась, молча прошла за Вересаевым и вышла из кабинета, оставив трех женщин вместе с Рекуровым.
Вересаев ходил туда-сюда возле женского туалета, чувствуя себя идиотом и ругаясь за то, что не догадался отправить с Земко охранника. Ему показалось, что прошло не меньше десяти минут, прежде чем смущенная женщина вышла в коридор. Отведя ее в кабинет, Степан Степанович, внутренне морщась от навязанной ему роли, позвал Горошина и вместе с ним спустился в кабинет сотрудников службы безопасности, или, как называли их в офисе, безопасников.
Лаконично обрисовав ситуацию Николаю, старшему охраны – высокому белобрысому парню с вечно сонным лицом, – Вересаев сел рядом с ним и уставился на монитор.
– Проблем здесь нема, – пожал плечами Николай, набирая пароль. – Смотрим… где, во сколько, кто именно… Ага, вот оно.
Горошин, сидевший на стульчике позади них, прищурился на экран, но ничего не разобрал.
– Распечатай, – распорядился Вересаев.
