Три черные ворона летят над тихой рекой, отражаясь в бликами на длинных перышках, словно драгоценная чешуя. Река проносит корзину мимо живописных пейзажей - полей и лесов, скрытых от посторонних глаз. Закат медленно крадется за горизонт, превращая мир в серый солнечный пепел....
Но судя по тому, что сюда явились и царь Линьерры Актеон Седьмой, и правитель Солуна Светлейший князь Гетерей, — так ладно князь, граница Солуна с Андалурсией тянется почти по всему континенту, а вот царя какого тьма принесла, если с Линьеррой они даже не соседи? — языкатый Деорк уже всему свету наплел, какие немощные и хилые стали андалурские драконы.
Князь Гетерей успел при той короткой встрече наедине, когда они перекинулись парой слов после ужина, шепотом поведать Эррегору, как распинался Деорк перед ним с Актеоном.
Эррегор уж как мог себя сдерживал, чтобы не пойти назад в шатер да не вытащить за грудки лживую косоглазую жабу. Все бы и без поединка увидели, чего стоит Дракон Света против Огнедышащего даже в самой слабой своей ипостаси. Но так нельзя, поединок объявлен, пускай будет поединок. Что ж, теперь и посмотрим, кто тут хил да немощен.
Амир залюбовался Эйнаром, как раз вызжавшим на ристалище на большом, черном мораве.
А ведь он ее не видел тогда, вдруг подумалось Эррегору, он же слепой был почти, он сердцем ее почуял, Тона ему и спину вылечила, и глаза, и душу. Чтобы снова ранить в самое сердце.
Когда на ристалище выехал Дастиан, амир не сдержался. Две крупные слезы стекли по щекам и покатились вниз. Перед ним был один в один его отец, великий амир Бальденор, бывает же такое сходство, скажи кому — не поверят. Сам Эррегор пошел в мать, хотя дети его старшие на него так же были похожи, но их больше нет, зачем еще и эту рану бередить.
А вслед выехали оба принца Узеры, и у амира сразу же испоганилось настроение. Небесный Бог и Пресветлая Матерь, храни его и весь народ Андалурсии от такого уродства! Глашатай важно прочел правила поединка, все четыре принца двинулись по кругу, приветствуя зрителей, а затем поклонились соперникам.
Эррегор удовлетворенно отметил, что его мальчики лишь удостоили Гэллара с Карлаем легкими кивками, в то время как те чуть ли не вдвое сложились.
