Три черные ворона летят над тихой рекой, отражаясь в бликами на длинных перышках, словно драгоценная чешуя. Река проносит корзину мимо живописных пейзажей - полей и лесов, скрытых от посторонних глаз. Закат медленно крадется за горизонт, превращая мир в серый солнечный пепел....
Она подняла голову и обмерла — в воздухе соткался сияющий силуэт, а на лице проступили уже знакомые черты.
— Амира Миррель?.. Мама?..
— Доченька моя, — амира протянула руки, и Ивейну словно окутало теплом, она даже зажмурилась. За решеткой завозился Эйнар, и Иви поспешно положила руку ему на лоб. Амира с улыбкой наблюдала за ними обоими.
— Он славный мальчик, твой Эйни, доченька, я рада, что у вас все хорошо.
— Я не смогла его убить, я оказалась слабой, — покачала головой Ивейна, — значит я плохая сестра и неважная дочь.
— Ты сильная, и ты самая лучшая на свете для меня, для твоего отца, для твоих братьев, — Миррель подошла и села рядом, ее силуэт искрился и переливался так, что даже было больно глазам, но Иви заставляла себя не жмуриться. — Эррегор любит тебя, даже не зная, кто ты.
— Он больше любит мою матушку, — простодушно поведала Ив и тут же осеклась, зажав рот ладошкой. Но Миррель лишь тихо рассмеялась, и ее смех звучал, как журчание ручейка.
— За что же мне обижаться, доченька? Тона чудесная женщина, я в долгу перед ней. Она растила мою дочь как свою, я знаю, как она тебя любит. И как любит Эррегора.
— А разве вы не ревнуете? Вы разве не любили отца?
Миррель снова засмеялась и обняла Ивейну, и ее снова окутало тепло, в котором хотелось нежиться бесконечно. Ивейна закрыла глаза и спрятала лицо на груди матери, от которой исходило все то же тепло.
— Я и сейчас его люблю, и хочу, чтобы он был счастлив. Моя сестра принесла ему и всем нам много горя, поэтому я хочу, когда все закончится, чтобы они были вместе, из Тоны получится хорошая амира.
— Все закончится очень скоро, матушка, — пробормотала Ив, зарываясь с головой с искрящиеся одежды, — меня скоро казнят.
— А ты не дай себя казнить, — Миррель подняла ее за подбородок и заставила посмотреть ей в глаза, — сделай то, что тебе сказала Сибилла.
— Но я не могу выбрать! — Иви снова чуть не расплакалась. — Сибилла сказала, что я должна убить кого-то из дорогих мне драконов.
— Сибилла мудрая женщина, хоть и ведьма, — чуть строже сказала амира, — ты невнимательно слушала ее, дочка. Она сказала, что настоящая любовь жертвенна, и только кровь сможет пробудить магию твоего амулета.
— Но кем мне пожертвовать? — Ив подняла на мать заплаканные глаза.
