Три черные ворона летят над тихой рекой, отражаясь в бликами на длинных перышках, словно драгоценная чешуя. Река проносит корзину мимо живописных пейзажей - полей и лесов, скрытых от посторонних глаз. Закат медленно крадется за горизонт, превращая мир в серый солнечный пепел....
Он похряхтел, выпрямляясь, а затем раскрыл объятия и широко улыбнулся золотоволосой девушке: — Ну здравствуй, сестренка! Какая же ты у нас умница!
— А это еще кто такие? — ревниво нахмурился Эйнар. Юноша помладше подошел к геронцу и от всей души смачно заехал ему кулаком в челюсть.
— С первого дня мечтал это сделать, — с удовлетворенным видом сказал он ошалевшему наследнику, — всегда тебя терпеть не мог!
— Позвольте, — раздался звенящий от негодования голос, и к помосту пробрался главный магистр Зора, — позвольте, уважаемые сеноры, а вы, собственно, кто?
— Мы? — переспросил его тот, кого брат назвал Арчибальдом, а затем поднял голову, с явным наслаждением подставляя лицо солнцу и ответил, довольно щурясь и пожимая плечами.
Рассел продолжал опираться о помост и с тайной радостью наблюдал за трепетными объятиями братьев с младшей сестрой. Она смеялась, по очереди обнимала их, гладила торчащие вихры Севастиана, меньший из братьев смотрел на сестру с обожанием, а Арчибальд с Леграсом то и дело бережно стирали с ее сияющего личика влажные дорожки.
А там уже Сагидар нетерпеливо поглядывал на своего девина, делая настойчивые знаки немедленно приблизиться к нему, без сомнения, чтобы получить исчерпывающие сведения касательно неизвестных молодых людей, вдруг откуда ни возьмись объявившихся на дворцовой площади с раннего утра. Магистр Зора в свою очередь посматривал на Северина с тайной надеждой.
Сам Рассел без колебаний ставил на высокочтимых центурионов. Те насквозь прожигали Рассела испепеляющими взглядами, словно в том, что он до сих пор не упал замертво у подножия эшафота, была его прямая вина.
Сейчас он разожмет сведенные судорогой пальцы, встанет на непослушные, одеревеневшие ноги и оторвется, наконец, от этого проклятого эшафота. И все они получат долгожданные объяснения, пространные и подробные, какие умеет давать только Рассел Северин, королевский девин, и чего никогда не умел делать простой гвардеец Итем Родерик.
Здесь он нужен всем — и Сагидару, и Зоре, и центурионам… Ох нет, конечно же, сначала центурионам, потом его светлости, подождите, любезный мэтр, его хватит на всех.
