Три черные ворона летят над тихой рекой, отражаясь в бликами на длинных перышках, словно драгоценная чешуя. Река проносит корзину мимо живописных пейзажей - полей и лесов, скрытых от посторонних глаз. Закат медленно крадется за горизонт, превращая мир в серый солнечный пепел....
— Я просил пять лет, дядя!
— Знаю, мой мальчик! Вот что, я уже сказал твоему отцу, неволить тебя я не стану, и если у тебя есть кто-то на примете, то…"
"— Мое сердце свободно, ваше величество, не скрою, я не горю желанием жениться на принцессе Аселин, — молвил Дастиан и тихо добавил, — но я дал слово, а если Болигарды начнут разбрасываться обещаниями, что тогда требовать нам от наших вассалов?
Амир Эррегор подошел и крепко прижал Дастиана к сердцу.
— Ты будешь лучшим амиром в истории Андалурсии, сынок!
***
Дастиан решил лететь на мораве, так было веселее, хоть и дольше.
Покидая Сиридан, он написал на магической бумаге четыре слова: «Лечу в Лаэль. Встречай», и не стал ждать ответ, отсекая любые пути к отступлению. Кортеж приближался к лесу, у которого в прошлый раз их с Эйнаром сбили дикие моравы, и Дастиан все с возрастающим нетерпением вглядывался вдаль, а когда увидел летящую навстречу всадницу, затаил дыхание.
Она неслась по небу на белом мораве, ее роскошные густые и черные, как смоль, волосы, развевались на ветру, личико раскраснелось от быстрой езды, и все это едва не вышибло Дастиана из седла. Когда всадница очутилась напротив него, он, как зачарованный, уставился на большие, словно нарисованные, глаза, очерченные густыми ресницами, и только бешено колотящееся сердце напоминало ему, что он еще жив.
— Ваше высочество! — девушка склонила голову, приветствуя принца, но только на миг, и тут же вскинула ее, улыбаясь улыбкой, которая, будь даже гораздо менее ослепительной, вполне могла послужить причиной масштабной войны. Или эпичной битвы.
У этой стройной, изящной, черноглазой красавицы и всколоченной девчонки в платье с чужого плеча ничего общего не было, и быть не могло.
— Ты? Это ты, Нилеса? Как же ты изменилась! Ты стала просто красавицей!
— Чему вы так удивляетесь, ваше высочество? С нашей встречи минуло три года, конечно, я изменилась, — она тряхнула головой, и волосы заметались из стороны в сторону тяжелым шлейфом.
Дастиан увидел в ее волосах две золотые заколки, украшенные изумрудами.
