Три черные ворона летят над тихой рекой, отражаясь в бликами на длинных перышках, словно драгоценная чешуя. Река проносит корзину мимо живописных пейзажей - полей и лесов, скрытых от посторонних глаз. Закат медленно крадется за горизонт, превращая мир в серый солнечный пепел....
Наша с ней задача — обеспечить трон наследником, ничего более он не подразумевает."
"— Но ведь это как раз и подразумевает наличие между мужем и женой хоть каких-то чувств, пусть не любви, но ведь должно быть какое-то влечение… — Нилеса выглядела такой расстроенной, что Дастиану до боли захотелось сжать ее в объятиях и целовать, пока она не перестанет морщить свой прелестный лоб.
— Нилеса, ты меня искушаешь, я не должен вести такие разговоры с молодой девицей, но ты должна уже иметь представление, как устроены мужчины.
— А если ваша невеста… не очень красива? Что тогда?
— Разве Аселин уродлива? Вот уж не знал. Ее поэтому прячут под покрывалом? Что ж, на этот случай у наших предков есть прекрасный обычай, если невеста имеет увечья на лице или просто страшна собой, лицо можно закрыть ее же сорочкой… Нилеса, что с тобой! — Дастиан понял, что сболтнул лишнее и бросился за девушкой.
Он поймал ее почти сразу же— куда ей тягаться с драконом! — обхватил руками и прижал к себе.
— Это все омерзительно, что вы говорите, так нельзя! — она отвернулась, но он тут же взял ее за подбородок и наклонился так, что их глаза оказались совсем близко.
— Да, это была глупая шутка, прости, — его губы почти касались ее губ, и он знал, что просто не сможет сейчас остановиться.
— А вы знаете, что с драконом делает поцелуй лесной принцессы? — прошептала в ответ Нилеса, ничуть не смутившись.
— Тогда согласен, — кивнул Дастиан, запустил обе руки в роскошный шелковый водопад и захватил ее губы поцелуем, накрывшим обоих, словно туманной пеленой, за которой не были слышны ни фырканья моравов, ни голоса гвардейцев, ни шелест листвы, а были только два сердца, бившихся рядом в сумасшедшем ритме, на который способны только сердца влюбленных.
