В мире дипломатии и международных отношений, когда ота была не музыкальная, а дипломатическая. Контора, казалось бы, далекая от всего этого, оказывается в центре скандала — их связь с террористическими сетями вызывает протест со стороны одной из развитых европейских стран. Герои оказываются в доктринальной гонке между национальными интересами и принципами добрососедства, открывая страшную тайну внутри своей организации....
Пассажир расслабился и… собрался для броска подобно сжатой пружине.
Лейтенант повернулся к нему.
— Дальний путь — большие хлопоты, — задумчиво сказал он.
Что-что?.. Дальняя дорога?.."
"— Очень большие хлопоты! — добавил милиционер.
Это была не просто фраза — это была условная фраза. Придуманная им самим!
Тогда — не понял…
— Чего молчишь? — спросил лейтенант, недовольно глядя на случайного пассажира.
Ну да, конечно!..
Нужно что-то ответить. Вернее, то — что нужно ответить.
И он сказал. Скорее для порядка, чем по необходимости.
Контакт состоялся. Шестнадцатого числа, на площадке, обозначенной цифрой девять, ровно в двадцать два ноль-ноль плюс-минус одна минута!
Контактер был на милицейской машине, в милицейской форме, с лейтенантскими погонами…
А почему бы и нет?.. Форма дает больше возможностей и лучше защищает от случайных неприятностей.
Но почему их двое?..
Пассажир оглянулся.
— А это кто? — спросил он.
Хоть не имел права спрашивать.
— Этого можешь не опасаться, — ответил лейтенант.
Хоть имел полное право не отвечать. Сержант лежал, откинувшись головой на спинку сиденья, безвольно мотая ей в такт движения машины. Не обращать — так не обращать.
— Ну — здравствуй, — сказал куратор.
— Здравствуй, Сергей Юрьевич.
Хоть резидент видел его первый раз в жизни.
И звали его вряд ли Сергей, и отчество его было, конечно, не Юрьевич. Но такова уж специфика их службы — никогда нельзя заранее сказать, с кем ты встретишься в следующий раз, и никогда не узнать, куда делся тот твой прежний куратор, потому что спрашивать об этом и отвечать на этот вопрос не принято.
Но зато можно быть уверенным, что нового куратора будут звать так же, как старого. Что очень удобно и настраивает на доверительный и почти дружеский лад.
Но дружба — дружбой, а службу не забывай!
— Что это? — спросил куратор, кивнув на гипс.
Потому что никакого гипса быть не должно было.
— Ничего страшного — до свадьбы заживет, — попробовал отшутиться резидент.
Далее должен был последовать вполне ожидаемый вопрос.
— Работе не помешает?
Строить из себя бодрячка, готового скакать на одной ноге куда угодно, хоть на край земли, смысла не имело.
— Смотря какая работа. И когда.
— По мере готовности исполнителя. Но не позднее чем через месяц.
— Тогда все в порядке.
Милицейская машина неспешно ехала по пустынной дороге. О чем-то неясно бубнила настроенная на прием рация, позади мотался, стукаясь о стекло головой, сержант.
