В мире дипломатии и международных отношений, когда ота была не музыкальная, а дипломатическая. Контора, казалось бы, далекая от всего этого, оказывается в центре скандала — их связь с террористическими сетями вызывает протест со стороны одной из развитых европейских стран. Герои оказываются в доктринальной гонке между национальными интересами и принципами добрососедства, открывая страшную тайну внутри своей организации....
Вы можете не беспокоиться за свою жизнь!
— Я не беспокоюсь, — мрачно сказал бывший полковник.
Потому что ни в какие заговоры против себя не верил.
Не такая он значительная фигура, чтобы из-за него устраивать рискованные операции. Просто чудят немцы или какие-то свои цели преследуют. Какие — все равно не скажут.
— Мы хотим просить вас никуда не отлучаться, не гулять, не открывать дверь, если вам звонят незнакомые люди…
А он и раньше не открывал.
— Если вам нужны будут продукты, вы скажете нам, и мы привезем их из супермаркета. Если вы будете замечать что-то опасное или необычное, вам надо немедленно говорить об этом нам. Выходить на балкон и стоять близко к окнам не надо, лучше закрывать их шторами. Мы привезем вам другие шторы…
— Может, вы мне лучше оружие дадите? — предложил Herr Alexandro.
— Какое оружие? — не понял куратор.
— Хорошо бы «АКМ». Привычней.
— О… nein, nein! Вы находитесь на территории Германии, мы не можем дать вам оружия. Это запрещено немецким законом! Но мы станем защищать вас. Если кто-то будет искать вас, мы поселим в этой квартире наших людей, которые будут иметь право применить оружие.
— Я спокоен, — ответил Herr Alexandro.
Хотя на самом деле занервничал.
Неужели и впрямь?..
Нет, все равно чушь! И даже жаль, что чушь. Пусть бы пришли…
Он вдруг почувствовал, что его жизнь наполнилась новым смыслом… И риском! Как прежде…
И ладно, и пусть приходят!.. Пусть только сунутся! Он своих бывших коллег знает лучше других, и их методы тоже.
Ну давайте, ребята, давайте, чего ж вы?.. Сойдемся на кулачках да посмотрим, кто кого…
Давайте!..
Идите!..
Торопитесь!
Ну же!..
Глава 12
А никто никуда не торопился — торопливость нужна известно где. И когда.
