После зомби-эпидемии уцелевшие собирают остатки цивилизации. Виктор сталкивается с резким изменением обстоятельств, когда обнаруживает существование более комфортной жизни. Конфликт разворачивается вокруг борьбы за выживание и установление нового порядка среди выживших.
Раздел Chitat.online для книги «Мы из Кронштадта. Встреча.» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
После зомби-эпидемии уцелевшие собирают остатки цивилизации. Виктор сталкивается с резким изменением обстоятельств, когда обнаруживает существование более комфортной жизни. Конфликт разворачивается вокруг борьбы за выживание и установление нового порядка среди выживших.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Николай Берг Легкое чтение Любовные романы Самиздат подборки серии
После зомби-эпидемии уцелевшие собирают остатки цивилизации. Виктор сталкивается с резким изменением обстоятельств, когда обнаруживает существование более комфортной жизни. Конфликт разворачивается вокруг борьбы за выживание и установление нового порядка среди выживших.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Хоть и медленно, а все же постепенно прихожу в себя, восстанавливая контроль над пораженным во все места организмом. Как Терминатор на резервных батарейках.
- Ты говорил, что тебя что-то сильно ест? - деликатно спрашивает нянька.
- Три раза при мне сказал.
Хоть в память двери и перекошены, а понимаю, что имел в виду Енот. Да, меня очень сильно ест то, что отец, как рассказал брат, мог бы спасти мать и себя. Но он повел себя совершенно по-идиотски. Винтовка эта убогая так и осталась висеть на спине, когда он уже шел по дороге вместе с мертвой мамой и приплывшим с половодьем трупом какой-то девахи. Их так и упокоили - тремя выстрелами подряд.
Он не был трусом, и я совершенно точно знаю, что в бою, например, держался бы геройски - а тут увидел, что женщина на маму напала и не то, что не стрельнул, а даже прикладом не врезал. Пытался ее оттянуть, но зомби, даже первичные - цепки чудовищно и бороться с ними дело бессмысленное. По силе живых они почему-то превосходят...
Мне неохота это говорить, как-то выглядит коряво - выставлять погибшего отца дураком. Или неумехой. Или и тем и другим, хотя я знаю, трусом он не был, чего нет - того нет. Мама тоже в этой истории выглядела не очень - все же сколько времени прошло с начала Беды, но с женщины какой спрос! И да, я чувствую, что меня это сильно ест. Отравляя и так паскудное настроение до высшего градуса. Еще и потому, что сейчас вижу и чую - надо было самому их натаскивать и обучать, мало я на такую важную вещь внимания обращал... Мог бы ведь!
И горечь эта распирает изнутри, словно яду нажрался. Не удержать в себе.
И да, прет из меня, как тесто из квашни. И не остановится никак.
Пока не выговариваюсь.
Ехидный Енот непривычно тих и серьезен. Боялся я, что начнется привычное шутовство и дураковаляние, но ни капли подобного.
Думает и негромко говорит:
- Они у тебя типовые советские люди. И СССР развалили и социализм угробили на голубом глазу. И себя не могли защитить никак.
- Социализм-то при чем? - оторопеваю я.
- Рано его у нас стали строить. Форсировать пришлось и получилась стройка не так - раздумчиво отвечает он.
- Мои не рушили социализм! - сам себе удивляюсь, насколько нелепо прозвучало. Но вырвались эти слова непроизвольно - помню же, как они работали на износ.
- Они, они порушили. Именно они самые - ибо РАНО - тут согласен на 100%.
- Да черт тебя дери! - вырывается у меня опять же раньше, чем истощенный мозг успевает подумать хоть какую-то мысль. Рефлексы, чистые рефлексы.
- Советский народ был нежизнеспособен. Весь.
Вскипел было, но охолаживаюсь. Хоть и контужен возлиянием, но даже до меня доходит, что и самого Енота тоже что-то похожее ест. И сейчас он будет чуточку приоткрывать створки своей раковины, делясь своими соображениями.
