Кира не может жить в родном доме больше ни одной минуты. Её отвращает каждый день возвращаться к заплесневевшей обстановке и бессмысленному труду в дешёвой барной лавке, где даже работы нет. Исмаил изрядно выпивает, но всё равно неумолимо разрекомичивается по её адресу....
Ставлю на стол рюмки, потом снова провал, будто пропасть… Потом вспышками в голове всплывают образы двух тварей, которые пришли на бесплатную выпивку к Исмаилу. Этих пьяных мужиков я раньше никогда не видела, да и потом тоже. Как они вошли в спальню не знаю, лишь помню голоса, которые обращались ко мне: «Эй, девка, давай по-хорошему! — ухмыляется незнакомец, расстегивая грязные брюки». Дальше начался мой кошмар. Я билась в истерике как дикий зверь, попавший в капкан, даже не смотря на то, что маленькая Гюль проснулась, громко плача в своей кроватке.
— Что застыла? — через спутанное от воспоминаний сознание пробивается пьяный голос отчима. — Мы, между прочим, о тебе тут говорим. Твою судьбу решаем, а ты стоишь, как дерево.
— Кирюша, ты устала? Иди к столу.
— От чего ей уставать, Альбинка? Крутит там заднице перед пьяницами. — перебивает Исмаил. — Короче, слушайте меня обе! В былые времена, я вел дела с очень крупным бизнесменом — Хасаном Каплан. Так, мужик этот душу Аллаху уже лет пять как отдал, зато сынок старший копия отец.
— Исмаил… — мать вновь подает голос.
— Я сказал молчать! — рыкает отчим. — Так вот, все мелкие бары нашей нищенского района эти Капланы под себя подмяли, в том числе и тот, где деваха наша пьян обслуживает. Заходил я в один недалече и мне мужики шепнули, что мол мамаша этого Мерта ищет жену для старшего сынка.
