У нее поднимаются брови.
– Кроме меня, у него в Торонто никого нет, – говорю тогда я. – Мы живем вместе.
– Ясно, – терпеливым голосом произносит она. – Давайте я объясню правила карантина. Пока не пришли результаты анализов, в изолятор допускаются только члены семьи или назначенные ими лица и только при соблюдении карантинного протокола. Это делается, чтобы не подвергать опасности других посетителей и пациентов.
Две огромные лапищи хватают меня и оттаскивают с дороги.
– Так, Весли. Нам надо перегруппироваться. – Блейк разворачивает меня, ставит к стене и прижимает к ней мои плечи. – Где его родственники? Ты должен им позвонить.
Блядь. Я выдергиваю из кармана мобильный.
Но Блейк его отнимает.
– Только не перепугай их, окей? Хватит и того, что ты сам себя свел с ума.
– «Каннинг Керамикс», Синди у телефона.
Несмотря на свою решимость оставаться спокойным и собранным, от тепла в ее голосе во мне включается нечто такое, о существовании чего я не знал.
– Мам? – хриплю я. Окей… я никогда не звал ее мамой. Ни разу. Не знаю, почему назвал так сейчас.
– Райан, дорогой, что с тобой?
Я закрываю глаза и пытаюсь взять себя в руки.
– У нас кое-что случилось, – говорю осторожно. Но я вряд ли смог ее провести, потому что мой голос дрожит. – Джейми попал в больницу с симптомами гриппа. Вчера у него болела голова, а сегодня он потерял сознание на работе. Пока это все, что мне известно.
– Так, Райан, сделай-ка вдох. – Почему все говорят мне дышать? Но я все-таки слушаюсь, ведь меня просит Синди. – А теперь скажи: «Все будет хорошо». Три раза подряд.
– Райан, у меня шестеро детей. Это важный момент, если хочешь остаться в здравом рассудке. Давай. Говори. Так, чтобы я слышала.
– Все будет хорошо, – выдавливаю я из себя.
– Все будет хорошо. Все будет хорошо.
– Молодец. Теперь скажи, где ты.
Я коротко пересказываю то, что услышал от медсестры.
– Значит, чтобы тебя пустили к нему, нужно мое разрешение. С кем мне связаться?
Кто-то что-то сует мне в лицо. Это Блейк. И он держит листок с «Правилами регистрации пациентов и посещений». Там телефон.
– Спасибо, – беззвучно говорю я. Потом даю Синди номер.
– Хорошо, дорогой. Я позвоню им прямо сейчас. Когда увидишься с Джейми, перезвони, хорошо? Только на сотовый, потому что мне скоро ехать за внуком. Тэмми завтра делают кесарево.
– О. Ого. Хорошо. Позвоню. Обещаю.
– Я знаю, милый. Держись. Я вас обоих очень обоих.
В моем горле вырастает огромный комок.
Мы прощаемся, отключаемся, и вот я снова в приемной.
