Здесь шумно и много людей. В нашу сторону смотрят. Одна девочка толкает локтем подругу и показывает на нас.
Если у меня сейчас попросят автограф, я, вероятно, взорвусь.
Блейк устанавливает свое крупное тело между приемной и мной.
– Давай подождем десять минут, – говорит он. – Маме Джей-бомба надо связаться, с кем надо, а потом твое имя появится в списке, и фюрер в белом халате пропустит тебя.
– Да, – соглашаюсь. У меня еще кружится голова. Джейми не мог заболеть никаким странным гриппом. Где бы он его подцепил? Но с другой стороны, почему ему стало так плохо? В моем паническом состоянии кажется, что я должен быть в силах справиться с этой проблемой. Но я не могу. Еще никогда, ни разу за всю свою жизнь, я не ощущал такую беспомощность.
– Он поправится, – говорит, прочитав мои мысли, Блейк. – Чтобы такой здоровый парень, как он, заболел? Да через пару дней вы будете смеяться над этим.
Но я снова и снова продолжаю слышать слова «стало плохо» и «не приходит в себя». Вдруг у него скрытый сердечный порок? На втором курсе колледжа один мой знакомый умер во время игры в баскетбол. Просто рухнул на пол и все. Судья начал сделать ему СЛР, но он был уже мертв.
Блядь. Лучше не думать об этом.
– Все будет хорошо, – повторяю я, как сказала мне Синди.
– Что? – Я в аду, а Блейк предлагает обсудить кофейные кружки?
– Я мыл посуду в вашей берлоге. Там была надпись на дне.
– Блейк, – начинаю я. Вранье точно не вариант, поэтому уклониться приходится по-другому. – Сейчас не время для этого разговора.
– Да неужели. – В голосе Блейка появляется то, чего я никогда раньше не слышал. Он зол. Я и не знал, что он умеет сердиться. – Секунд через шестьдесят мы будем отбиваться от кучи фанатов, для которых в порядке вещей доставать игроков даже в отделении «скорой». И они станут спрашивать, что мы тут делаем. Я не собираюсь советовать, что тебе следует отвечать. Но я твой друг, а с друзьями надо быть честным.
Надо, но от сохранности моей тайны зависит практически все, а у Блейка длинный язык, и я сомневаюсь, что он до конца понимает суть ситуации.
В игре в гляделки верх беру я. Потому что умение затыкать варежку стало моим суперскиллом.
Вздохнув, Блейк отворачивается.
– Ладно. Как знаешь. Но чувак, если ты планируешь скрываться до конца своих дней, то хотя бы не свети лого на куртке.
Он прав, так что я сбрасываю свою торонтскую куртку и перекидываю ее через руку.
– Райан Весли? – блеет интерком.
