Почему-то для него оно намного важнее своего.
Я не понимаю его… И боюсь. Боюсь себя, своих ответных чувств, которые только–только зарождаются. Им не место между нами, ведь это не любовь, а тупая похоть, но… Цербер капитулирует первым, а у меня не остается сил держать оборону самостоятельно.
Марк целует меня в губы. Впервые за всё время. Это ошеломляет.
Настолько, что я отстраняюсь рывком и смотрю на него широко распахнутыми глазами. В ответ лишь усмешка. В ней лишь капля высокомерия и властности, но куда больше жажды и обычного понимания.
И я сдаюсь. Не понимаю его сейчас, но мне плевать . ?н самый лучший из всех моих любовников, и я готова позволить ему больше.
Тёплые струи воды из душа смывают пену, Марк собственноручно закутывает меня в полотенце и несёт на кровать. Его брюки мокрые насквозь, но он снимает их лишь после того, как я оказываюсь в постели.
И снова целует. В губы. Не атакуя и не сминая, а нежно исследуя и приглашая встретиться на равных. Я уже давно ни о чём не думаю.
Понимаю – бессмысленно. Вместо этого я охотно льну к этому странному мужчине и позволяю любить себя до умопомрачения. До судорог, которые яркими волнами выгибают моё тело. Дo сладострастных и абсолютно бесстыжих стонов, лишающих гoлоса.
До дерзкий поцелуев и укусов в ответ, которыми я щедро покрываю его тело. Я тоже могу, да! Могу и буду!
Я не вижу, но очень хорошо чувствую его удовлетворённую ухмылку.
Он опять не предохраняется. Kак будто окончательно решил, что это больше не требуется. Что ж… Мне тоже так больше нравится. Химия тел становится ярче и пронзительнее без латекса, а изливающееся внутрь меня горячее семя кажется как никогда правильным, лишь сильнее подстёгивая ощущения и даря крышесносные оргазмы.
Как жаль, что человеческое тело не слишком выносливо… Время к утру, я дико хочу спать, всё болит, ноет, тя?ет, опухло, оцарапано его щетиной…
А Волков лежит рядом и собственнически гладит мою грудь, словно ещё не наигрался.
- Я устала, уймись… - пытаюсь вяло огрызнуться и брыкнуться, но получается лишь тихо простонать и кое-как шевельнуть рукой. - Я
разгадала твой коварный план стать вдовцом к концу недели, но учти… - Хмуро гляжу в его иронично прищуренные глаза, - сдохну –
стану неприкаянным призраком и уморю тебя в ответ.
- Не сдохнешь, – нежно целует в плечо и подтягивает к себе, но лишь затем, чтобы обнять и устроиться поудобнее. - У меня в знакомых есть отличный реаниматолог. Всё, спи.
