Молодые женщины, брошенные мужем-злодеем, вынуждены жить вместе, надеясь найти выход из сложившейся ситуации. Уютная атмосфера их общего жилища сменяется страхом и ненавистью к предательскому отцу, приковывающим молодых женщин к нему через дом и судьбу.
— Если хоть капля на меня попадёт, вот эта рыба полетит в ответ, отвечаю.
— Все такие джентльмены… — фыркает саркастически Гала.
— Какие леди, такие и джентльмены, — оскаливается на них Семен. — Хабалите как дешевки.
— Ооо… — закатывает глаза Марика. — Решетов в своем репертуаре! Подружке своей скажи про хабальство! — взмахивает бокалом в сторону Риты.
— Э… — возмущается Кислицын. — Ты сюда не маши руками.
— Не ""экай"" на меня, понял!
Начинается агрессивная ругань с обеих сторон.
Зажимаю уши руками. Нам конец, если это попадёт на камеру!
Но как только ближайшая камера разворачивается в нашу сторону, все как по команде замолкают и застывают.
Один лишь Рафаэль продолжает сдержанно улыбаться."
"— Высшее общество, — играет он мне бровями. — Всегда имеет изнанку. Мой отец говорит это проблема третьего поколения, от момента, как кровь была смешана. Третье поколение теряет в своей массе менталитет ""голубой крови"" и упрощается до беспородной массы, продолжая активно гордиться своим происхождением. Настоящая же аристократия имеет врождённую непереносимость к насилию.
— Кровь у всех здесь красная, Раф, — не желаю я вестись на его лесть.
Улыбаясь, опускает взгляд.
— Ты не права, Агния.
Сэм поднимает нож.
— Продемонстрируй нам, Дагер, свою голубую. Хватит трепаться.
— Это метафора, Решетов! — пренебрежительно.
Опять начинается перебранка.
— Хватит! — закатываю я глаза. — Макс, кинь во всех рыбой, пожалуйста! Ты обещал.
Я, конечно, же шучу. Но Макс нацепляет на вилку оливку и стреляет в противоположную сторону стола. Она пролетает между Марикой и Рафом. Те возмущенно отклоняются в стороны. Раф толкает нечаянно под руку Галу. Что-то из приборов летит со звоном на пол.
Рита начинает тихо хохотать. Первый раз слышу ее смех и, не удержавшись, прыскаю следом.
Марика разъярённо бросает в Макса долькой лимона. Отклоняясь, он слегка врезается головой в меня. Охнув, сношу со стола бокал с водой.
— О чем же вы так увлечённо беседуете? — подходит к нам сзади преподаватель по этикету.
Я задерживаю дыхание, стараясь не смеяться. Все сидят и не дышат так же, как и я.
— Решетов, — требовательно. — Может быть Вы расскажете?
Сэм, пряча улыбку, выпивает залпом бокал.
— Мы развлекаем дам, Алиса Витальевна.
— Алиса Витальевна! — подскакивает Макс.
