В лондонской подземке я заряжаюсь энергией на новые рабочие задания, перелистывая автомобильные новости и свежие пресс-релизы. В моем понимании это не альтруизм, а мимикрия — скрытый способ саморазвития и упрощения жизни окружающих.
Внимательные зрители предвкушали продолжение, а я шарила взглядом по столу в поисках пресс-папье, чтобы стукнуть этого дуралея в лучших традициях старых детективов, но вдруг разочарованно поняла, что у меня нету пресс-папье. Какая жалось! Хиддлс опять открыл рот, и, пока он не сказал очередную дурость, я вытолкала его из комнаты.
- Тебе не кажется, что твоя просьба звучит из ряда вон? – позволила себе наконец-то повысить голос я, когда мы вышли в пустой коридор.
- Да, получилось не очень, - согласился Том.
- Ладно, где там твоя подруга дней суровых? - сжалилась я.
Хиддлс вроде бы говорил, что она где-то в музее работает, значит, посещение выставки, если не принесет ей удовольствия, то, по крайней мере, не будет непривычным. Что? Да, я не собиралась менять свои планы, будь она даже наследной принцессой.
- Она ждет меня в студии.
- Томас Уильям Хиддлстон, сделай миру одолжение и в следующем интервью не лапшай наивным девушкам о своей ранимой и романтичной натуре. Оставил в студии, да ты просто бог обходительности, - хмыкнула я, думая, что этой несчастной за счастье будет вырваться из тесной комнатушки с парнем за пультом, который если и видит девушек, то исключительно сквозь звуконепроницаемое стекло.
***
На диване сидела миниатюрная девушка в черном платье. “Это так по-французски”, - вспомнила я фразу из «Перед рассветом» и то, как она бесила главную героиню. Девушка улыбнулась нам. Короткие кучерявые волосы стянутые лентой, большие карие глаза и бледная кожа *на себя давно в зеркало смотрела, Труп Невесты?*.
- Давай будем называть ее Белоснежкой? – втихаря предложила я Тому, он как-то злобно посмотрел на меня. Ума не приложу, за что. А потом повернулся к своей девушке и с сияющей улыбкой сообщил:
- Амели, познакомься, это Хелена.
А если меня обижать будут? Кому звонить мне? И вообще, неужели я из тех, кто может обидеть? Рейнбоу Дэш Белоснежку не обидит.
- Ты невыносим, когда паясничаешь, - пожурила Хиддлса Амели, подошла к нему и поцеловала. Сомнительный педагогический прием.
- Абсолютно согласна, - сказала я.
Том посмотрел на меня, скривил рожицу и показал язык.
