В ужасающей леди Мэри, где тьма прячется за каждым углом, вы ощущаете зловещий холод и пугающую одиночество. Конец света кажется близко, пока неожиданно яркий свет привлекает к себе, обещая спасение и радость в чужой жизни за углом.
Но поля вокруг были самые обычные, деревья в лесу скучные, а птицы почему-то орали, как ненормальные. И, я не выдержала первая:
- Михаил Андреевич, я хотела обсудить с вами пункт о годовых премиальных выплатах сотрудникам почты за безупречную работу...
- Ну, уж нет, - рассмеялся жених, - я вытащил вас из кабинета не для того, чтобы обсуждать, как вы там сказали? Коллективный договор. Посмотрите вокруг, Мария Львовна, наслаждайтесь... весной природа особенно прекрасна. Жизнь словно начинается заново, возрождаясь после холодной зимы.
- Ага, - буркнула я, совершенно невежливо перебив его восхищенный треп, - грязь, такая, что лошадь еле поднимает ноги. Густой запах сырости и грибов, кажется они сейчас прорастут прямо в легких. За шиворот падают липкие почки, а возможно даже клещи, из-за которых мы рискуем заболеть энцефалитом.
- Энцефалитом? Что это за болезнь такая? Впервые слышу... Вы о ней тоже прочитали в дневниках прадеда?
- Ну, разумеется! - воскликнула я, посылая лошадь вперед резким тычком в бок, чтобы он ничего не успел спросить больше.
Я в этом мире уже почти два года, но почему-то раньше мне было намного легче скрывать свое иномирное происхождение. Наверное, тогда я постоянно была начеку, а сейчас начинаю привыкать и расслабляться.
- Мария Львовна, - жених без труда нагнал меня, - простите. Я не должен был упоминать о дневниках... вы всегда так расстраиваетесь. Но я не могу не попросить вас говорить о том, что вы узнали из дневников вашего прадеда только со мной. Понимаете... другие могут захотеть сами ознакомиться с его содержимым...
- А вы — нет? - зачем-то ляпнула я... понимая, что рою себе яму.
