Автор
В комнате творится безумие — каждое движение вызывает новый пугающий шорох из коридора. Карина вздрагивает от каждого звука, как мольба о помощи, проникающая сквозь замшевые портьеры. Ощущение переполоха и неизвестности кружит голову, приковывая взгляд в потолок.
— Поехали на смотровую?
Я прекрасно помню ее лицо, когда привез ее туда. Ей там точно понравилось.
Кивает, и я облегченно выдыхаю.
Долетаем с ней до нужного места за считанные минуты. Может, и ее скорость приведет в чувства.
Она кладет голову мне на плечо. И этот жест доверия снова вызывает во мне странные чувства. Иногда мне кажется, что у нас с ней все стремительно. Она слишком быстро проникает под кожу, наполняет собой вены и впивается в сердце. Но потом я просто смотрю в ее серые глаза и понимаю, что по-другому мне и не надо.
Замечаю блестящую слезинку и смахиваю ее большим пальцем. Сердце щемит от нежности к этой девчонке. Страшно ли мне снова попасть в полную жопу? Страшно! Но, как говорят, волков бояться…
— Что тебя так расстроило? — задаю вопрос, который меня волновал с самого начала поездки.
Карина дергает плечом и зарывается носом в мою толстовку.
— Не знаю, — ее голос звучит хрипловато, отчего внутри все скручивается.
Ненужные фантазии заполоняют мозги, приходится встряхнуть головой, чтобы сосредоточиться на проблемах мышки, а не на своих желаниях.
— Понимаешь, мы с мамой всегда были близки. Она ничего не скрывала от меня, и я всегда узнавала все первая…
Она замолкает, и я понимаю окончание фразы без слов.
— А потом появился мой отец.
— Нет, ты не подумай. Твой отец очень хороший, и он идеально подходит маме, но я словно осталась одна. Она словно вычеркнула меня из своей жизни.
— Ну, ты точно не одна, — стискиваю ее холодную маленькую ладонь.
Последний вопрос звучит, скорее, как шутка, и это работает. Карина прыскает от смеха и поднимает на меня огромные глаза.
— Конечно несерьезно. Именно поэтому каждый раз жду тебя на переменах и ночами ворочаюсь, потому что жду утра.
— Серьезно? — не ожидаю такого откровения, но оно мне определенно льстит.
Щеки мышки мило краснеют, и она морщит нос. Но вроде настроение ее улучшается, а значит, своей цели я достиг.
— Просто дай своей маме время. Думаю, она сама не ожидала, что все так обернется. Да и у тебя есть тайна, поэтому не стоит так остро на это реагировать.
Мышка опускает голову, и какое-то время сидит молча, а когда снова поднимает лицо его выражение меняется, и она всматривается в мои глаза.
— А как тебе эта новость? Ты вроде не в восторге был от того, что твой отец с моей мамой.
Прислушиваюсь к себе и понимаю, что совсем не против. Интересно, что из этого выйдет.
