Автор
Ничего удивительного — потрясенные первым звонком. Эти люди обучены давить, нащупывая слабые места... Никто не посягнет на нас сейчас. Просто психологический прессинг. Марина Васильевна придирается, но я должна продолжать работу. Успокойся, думай и действуй.
И ведет пальчиками по бедрам — выше, к паху, где очень ясно угадывается ответ на ее поведение. Любое поведение! Она на меня удивительно действует: огрызается — хочу ее, ластится — хочу ее, равнодушничает — еще больше хочу!
Наблюдаю, не вмешиваясь, давая полную свободу в поведении. Только стакан на место ставлю, чтоб скрыть внезапную дрожь рук. И очень сильно, сука, надеюсь, что лицо все же удается сдержать!
— Какую именно ролевушку вы хотите, Тимур Анварович? — мурлычет она сладко и улыбается. Губы пухлые такие. Сжать зубами, до крови.
Меня дергает, словно током, от последнего предложения. Роль? Да? Я прав?
Сука, да я давно уже прав, я же знаю! Но какого хера сейчас так не по себе? И что с ее тоном?
Перевожу взгляд с губ к глазам. И немею буквально.
Моя Мышь плачет.
Нет, слез не видно, ресницы сухие, глаза блестят яростью и злостью. Но вот внутри… Она, словно робот из рассказа того известного фантаста, книгами которого я зачитывался в детстве.
Понимание, что сейчас происходит что-то дико неправильное, жуткое по своей сути, режет по-живому, заставляет оцепенеть в попытке переварить ситуацию, оценить, осмыслить.
А Мышь, покорно опустив ресницы, начинает аккуратно высвобождать полы рубашки из брюк, расстегивать ремень… Меня кроет абсолютно противоречивыми эмоциями: похотью и страхом.
Я безумно хочу, чтоб не тормозила, она мне нравится такой — покорной и на все готовой. Сейчас нравится!
И в то же время есть понимание, что сейчас происходит нечто настолько страшное, что, если не тормозну…
— Стой… — голос у меня хрипит, а внутри все воет, потому что пальчики останавливаются именно в тот момент, когда уже можно бы и член погладить.
Поднимает подбородок, смотрит. Покорная какая. Мысль эта не моя, верней, она не от головы, а от разбушевавшейся похоти. Покорная. Моя. Запросто — на колени, член в рот. Губы пухлые вокруг ствола. Глаза — снизу вверх — на меня.
