Автор
Ничего удивительного — потрясенные первым звонком. Эти люди обучены давить, нащупывая слабые места... Никто не посягнет на нас сейчас. Просто психологический прессинг. Марина Васильевна придирается, но я должна продолжать работу. Успокойся, думай и действуй.
Интересное завершение свидания… Или как? Не завершение?
Судя по холодности Тимура, наверно, завершение. Красотку он позлил, указал ей ее место, получил приглашение вечером подъехать в гости… Во мне надобность отпала?
Ну, хоть накормил… Интересно, а в квартире прибрали?
Тимур отправляет коробки в пакет, допивает колу, выдыхает, откидываясь на спинку сиденья. И смотрит на меня.
Ага… Разговаривать будем, значит?
Торопливо цежу через трубочку остатки колы, неприлично втягивая последние капли, с жутким звуком.
Тимур ждет.
Провожаю взглядом колу, затем смотрю на Тимура.
Он молчит. И тоже смотрит. И я смотрю. И он смотрит. И я… Ну понятно, да?
Кто первым не выдержит.
Не выдерживает он.
— Ну?
— Что?
— Рерих… Хокни… Экспрессионизм…
— А что такого?
— Ничего… — он изучающе скользит по мне взглядом, опять тормозя на груди. Да блин! Подаюсь чуть-чуть назад. — Напомни, на каком факультете ты учиться будешь?
— Психология… Как это дисгармонирует с знанием истории искусств?
— Дисгармонирует…
— Э-э-э…
— Напомни, кто твои родители?
— Ты знаешь.
— Сомневаюсь… Мне кажется, что я вообще ничего про тебя не знаю, Мышка…
— То есть?
— Недавно в Москве, говоришь?
— Ты знаешь же!
Чего ему надо, не пойму никак?
Через мгновение, оказавшись на его коленках, уже понимаю, чего, но не понимаю, как к этому относиться.
— Эй… — неловко ерзаю задницей, стараясь отползти обратно, но широкая ладонь прихлопывает по ягодице, тормозя движение, — я… Не уверена…
— Ты — непонятная штучка, Мышка, ты в курсе? — он кладет руку мне на затылок, тянет к себе, губами к губам, — сплошное противоречие…
— Эм…
От его дыхания на губах горячо и сладко.
Но не хочется почему-то.
У нас с ним серьезная недоговоренность.
Тимур почему-то считает, что во мне какая-то загадка, а я уверена, что он мне много чего неправильно сказал. Или вообще не сказал.
Но конкретно сейчас я от этого кайфую. Мы друг для друга — новые. Меня никогда не считали загадкой, я и сама была уверена, что простая, как рейсовый автобус, а вот поди ж ты…
А он, похоже, никогда не встречал девушку, которая вот так, слету могла бы подхватить его шутку.
И еще он опасный для меня. Очень опасный.
