Автор
Ничего удивительного — потрясенные первым звонком. Эти люди обучены давить, нащупывая слабые места... Никто не посягнет на нас сейчас. Просто психологический прессинг. Марина Васильевна придирается, но я должна продолжать работу. Успокойся, думай и действуй.
Ну, а как тут не впустишь, хозяин же… Должен посмотреть, насколько качественно убрали следы локального наводнения?
Ага, посмотрел…
Прямо как от двери начал смотреть, так и продолжил… Чуть ли не до кровати.
Мог бы и до кровати, явно все намерения читались, но я тут проявила ненужную моему организму, но крайне необходимую гордости и самосознанию стойкость. Да и семья — такая семья… Всегда вовремя появляются.
Признаюсь, в самом начале Тимур меня застал врасплох.
Я ведь реально думала, что разгром в квартире глянет…
А он…
Не успели войти, прижал к стене у гардероба, впился в шею, словно вампир, сладко-больно, заурчал по-кошачьи… У меня все сразу опустилось и поднялось одновременно.
Тимур, с рычанием, рванул ворот водолазки, и она не выдержала насилия многочисленного. Погибла, печально треснув напоследок. А, вроде, крепкая такая вещь…
— Наконец-то, бля, — выдохнул Тимур, спешно вытряхивая меня из остатков бежевой тряпки, — заебала она меня…
— А-а-а… — это у меня голос прорезался, а вместе с ним и воля к сопротивлению.
Я опустила руки, поднятые для сопротивления, на широченные плечи, обтянутые дорогущим пиджаком, сжала пальцы. И повернулась, подставляя шею и грудь под настойчивые, опытные губы. И до того мне сладко было, до того тягуче-карамельно, что никаких сил противиться не оставалось.
Вот как так?
Прекрасно отдавала себе отчет в происходящем, голова, хоть и дурная, но работала, реагировала правильно на ситуацию… И понимала, что все не так, все рано и вообще… Не нужно мне совсем!
А вот сделать ничего не могла.
Не хотела.
Где там та самоуверенная девочка, считающая, что выражение «тело предало» — это бред?
Нет, так-то это бред, само собой…
Тело не предает как раз. Оно — полностью владеет ситуацией. И действует так, чтоб ему, телу, было хорошо и сладко.
Тимур что-то бормотал, матерное, в основном, ощущалось, что уже не сдерживается и тормозить не планирует. А еще — что неплохо ориентируется. Потому что мы как-то очень быстро оказались в комнате, на диване.
Я — внизу, распростертая под крепким телом, зацелованная и ошарашенная напором. И он — неторопливо и обстоятельно целующий, гладящий, сжимающий… Снимающий все, по его мнению, лишнее с меня…
Лифчик, например.
