В темное утро ледяного тумана, главная героиня, решившая ненадолго покинуть свой дом, отправляется к озеру. Мрак и безмолвие окружают её, но она не колеблется — ведь перед ней стоит важное дело. Каждый шаг становится предвестником сюжета, оттачивая мотивы героев и создаёт невероятную атмосферу тайны и загадки....
Мужчины тихо заговорили между собой. Роман Андреевич, выпустив меня ненадолго из цепких объятий, принял деятельное участие в разговоре."
"Я опустилась на скамью у окна и разглядывала пол под ногами. В общем, денек выдался — хуже не бывает. Меня извели вопросами. Я отвечала, изо всех сил стараясь ничего не напутать, всхлипывала, иногда ревела, вспомнив про Лельку, которая неизвестно где находится, а главное, неизвестно с кем, а когда вопросов у моего собеседника не осталось, он сдал меня с рук на руки Роману Андреевичу, шепнув осторожно, рассчитывая, что я его не услышу:
— Покажи ее врачу.
Вот тебе и раз, только века мне и недоставало. Люди думают, что я свихнулась. Впрочем, чему удивляться, свихнешься от таких-то дел…
Муженек здорово перепугался и прямо из милиции повез меня в больницу «Скорой помощи», к знакомому специалисту. Но специалист был хирургом, а у меня все кости целы, вот только с головой не в порядке, и мы опять куда-то поехали, а я, не выдержав всех тягот сегодняшнего дня, взяла да и уснула, а открыв глаза через некий временной промежуток, обнаружила, что лежу на кровати в собственной спальне, рядом со мной сидит Женька и настороженно на меня поглядывает.
— Привет, — вздохнула я и добавила, не удержавшись: — Чего глазищи-то вытаращила?
— Как же, — шмыгнула носом Женька. — Тут некоторые намекали на то, что ты с катушек съехала.
— Это он намекал? — кивнула я в сторону вошедшего Романа Андреевича.
— Ни-ни, — торопливо покачала головой подружка. — Светило медицины был. Такую речь толкнул, я даже плакала. Так душевно говорил, мы с Ромиком, конечно, ничего не поняли, но все равно перетрусили. Голова у тебя и в мирное время малость слабовата, а тут выстрелы.
— Помолчи, тарахтелка, — накинулся на нее Роман Андреевич. — Вот уж язык-то без костей. — И повернулся ко мне: — Хочешь чаю?
— Ничего не хочу, — ответила я, собираясь зареветь, потому что стало ясно: хорошего нагоняя от мужа мне не избежать, и было это тем более обидно, что я прекрасно знала: нагоняй я заслужила.
— Эй, — нахмурился муженек, — завязывай реветь. Ты меня и так здорово напугала.
— Точно. Втащили в квартиру точно мертвую, — бормотала Женька и всхлипнула, опасливо косясь на Романа Андреевича. — Господин подполковник вокруг тебя скакал, точно кузнечик, и с перепугу наорал на меня. Ох и лютовал он вчера, страсть.
