Ночью город засыпал, и только холодный дождь стучал по старым фонарикам. Мы шагали молча по улицам, их прохожие замершие в растерянности перед тревожным шепотом бури за окном. Казалось, каждый звук нарастает до безумия — будто душа каждого из нас готовится к самому жуткому чудовищу....
Подойдя ко мне, женщина слегка наклонилась ко мне и заговорила вполголоса:
– Послушайте, возможно, это не моё дело, но хочу дать вам совет: остерегайтесь этой женщины. Я знаю, вы новый человек в наших краях, поэтому многого не знаете. Так вот, эта женщина, которая сейчас вам угрожала, ненормальная, более того, вот уже несколько лет она состоит на учёте в психиатрической клинике. Во всяком случае, как говорят люди, причиной помутнения её рассудка стали бесконечные похождения её мужа.
Чувство страха, ведомое человеком, возможно, заставило бы его задуматься о том, что может быть…? Только это чувство почему-то не нашлось во мне, как в простом нормальном человеке.
Глава XXVI
Наступила зима. Холод оцепил, сковал всю землю, покрыв её тяжёлым белым покрывалом снежной лавины.
По ночам надломленным скрежещущим голосом завывала вьюга. Казалось, природа неистово стенала в ветках деревьев с жаждой вырваться на свободу и разогнаться в полях, чтобы, наконец, окончательно утвердиться в своей власти над порабощённой землёй.
В маленьком домике, который снаружи завалило снегом до самых окон и в котором я проживала всё это время, была одна небольшая комната.
Несколько маленьких обрамлённых картин уютно висели на стене. На одной из них была изображена утопающая в зелени лесная чаща, сквозь которую сверху пробивались яркие блики солнечного света.
