Ночью город засыпал, и только холодный дождь стучал по старым фонарикам. Мы шагали молча по улицам, их прохожие замершие в растерянности перед тревожным шепотом бури за окном. Казалось, каждый звук нарастает до безумия — будто душа каждого из нас готовится к самому жуткому чудовищу....
Более того, он сам настоял, по словам Марии, на том, чтобы она снова оказалась в нашем доме. Но тогда… не значит ли это, что Вероника и он… – от этой мысли я вздрогнула. Меня охватила смутная тревога. Где-то в глубине души у меня начала проясняться мрачная и уже тяготеющая меня мысль, что это всё имеет какой-то определённый смысл.
Но нет. Я не должна об этом думать. У меня нет права делать какие-либо выводы и предположения по поводу их отношений. Но, с другой стороны… Я же… «Нет, я не должна больше думать об этом», – сказала я себе вслух и встала со стула, желая окончательно сбросить с себя это тягостное оцепенение.
Глава XIX
На этот раз Вероника казалась более сдержанной и вела себя весьма учтиво и любезно.
Веронику разместили в комнате для гостей, в той, что находится на втором этаже, впрочем, там же, где находились комната Макса и моя."
"Однажды ночью я проснулась от сильного шума, как будто что-то с сильным грохотом упало на пол и разбилось. Поднявшись с постели, я подошла к двери и прислушалась, не показалось ли мне всё это. Может, это был сон, но ничего не услышав, я приоткрыла дверь, чтобы удостовериться в этом.
