Ждать больше не было сил. Мое сердце билось в предвкушении приближающейся опасности. Наблюдая за мерцанием резонаторов и космическими линиями, я затаил дыхание. Вот она, долгожданная встреча с новой системой — но как же не хотелось расставаться со старыми знаками!
Кому я нужен в таком состоянии.
— Боюсь, ты неправильно оцениваешь ситуацию. Понимаешь, такие контракты, как у тебя, редко расторгаются по инициативе одной из сторон.
— Почему?
— Им придётся выплатить тебе приличную неустойку за расторжение контракта.
— Хочешь сказать, что они не будут его расторгать?
— Думаю, да.
— Ты мою зарплату видел?
— Видел, но это ничего не значит. Для них это копейки.
— Значит, мне придётся его разрывать?
— Ты решил его разрывать?
— Боюсь, у меня нет выхода.
— Тебе придётся выплатить им неустойку — шесть миллионов.
— Нет.
— Тогда о каком разрыве контракта может идти речь?
— Как тогда быть с тем, что они со мной сделали?
— Заплатят компенсацию, никуда не денутся. Кроме того, потребуем наказать виновных. Ты ведь не в ходе боевых действий получил эти травмы, а по прихоти начальства. Вот пускай отвечают за свои действия.
— Что со мной будет?
— Будут лечить. Никуда не денутся.
— Нейросеть? Базы?
— Нейросеть они тебе обязаны установить по контракту. Вышла из строя по их вине, значит пускай устанавливают другую. С базами всё сложней, но думаю, тоже решаемо.
— У меня базы устаревшие.
— Это не твои проблемы, а их. Пускай восстанавливают, как было.
— Кем я работать тогда буду?
— Не знаю. У тебя в контракте нет ничего о твоём месте работы.
— Значит, пошлют в абордажники и вперёд в первых рядах на штурм. Чтобы не платить мне такую зарплату."
"— Всё возможно, но вряд ли.
— Это точно. Пристрелят в первом бою, и все их проблемы со мной решатся.
— Всё верно, а твои креды получат твои родственники.
— У меня их нет.
— Значит, флотский приют на одной из планет.
— Ты знаешь, что ты циник?
— Знаю. Работа у меня такая, по-другому никак.
— Что будем делать?
— Думаю, стоит занять пока выжидательную позицию. Посмотрим, что они будут делать дальше. Исходя из этого и будем действовать.
— Тогда так и сделаем.
— Значит, переводи мне две тысячи кредов, скидывай все записи и все доказательства что у тебя есть по этому делу. Просмотрю и скажу, что может ещё понадобится. Пока извини, у меня судебное заседание.
Впрочем, в абордажники мне, наверное, не грозит. Я теперь могу до противника если только доползти и то с трудом, а если всё восстановят, то не будет необходимости отправлять. Какой шустрый парень этот юрист. Везде успевает. Почитал о нём в сети.
