Автор
В динамичной Нью-Йорке Нют получает призыв из опасности: ей нужно помочь клиенту на миллион долларов. Тем временем, она жалеет о своих текущих обязательствах, но не может отказаться от нового и критически важного заказа. На миг в ее голове рушится равновесие между прибылью и ответственностью, создавая напряженную атмосферу непредсказуемого драматизма....
Именно так я себе представляла одиноких военных, в чьей жизни нет радости уюта.
Он только сказал, что есть у него дома нечего, но в холодильнике водятся полуфабрикаты. Погладил большим пальцем по щеке и ушёл, шепнув на ухо, что вернётся через пару часов. И эти пара часов закончились.
На плите остывали макароны с сыром и свекольные котлеты, найденные мной в морозильнике. А есть не хотелось. Думала в первую очередь только о том, что он будет голоден.
Усмехнулась.
Наверное, стоило бы завязать с привычкой думать о других.
"В стенах этой квартиры давило одиночеством. До тоски. Как он здесь живёт? Я поднялась со стула и пошла в комнату, чтобы скоротать время за изучением личных вещей Стаса. На глаза тут же попалась рамка с фотографией, уложенная лицом на столешницу тумбы. Слой пыли сказал, что перевернули её достаточно давно. Пальцы коснулись гладкой деревянной оправы, перевернули и поставили, как должно быть. С фото на меня смотрели три пары глаз. Знакомые серо-зелёные, искрящиеся счастьем, голубые не менее счастливые и тёплые карие, чья обладательница обнимала Стаса.
Не родственники. Совсем не похоже, да и Стас так крепко прижимал её к себе, что сразу было понятно, что эти двое гораздо ближе к друг другу. Парень с голубыми глазами улыбался, обнимая за плечи эту пару. В его руке была зажата смутно знакомая зажигалка. Не такую ли сам Стас носит?
Вздрогнула, когда послышалось бряцанье ключа в замочной скважине. Дверь закрылась, а тихий голос сразу позвал:
— Ань.
Стало чуточку теплее. Потому что не Нюта. Улыбнулась и вышла из комнаты. Пронаблюдала за тем, как он снимает верхнюю одежду и ботинки, следя за тем, как учащается моё сердцебиение. Как тахикардия какая, ей богу.
— Пахнет вкусно. Готовила? — я даже ответить не успела, как услышала: — Голодный, как волк, — подошёл, заглянул в глаза и крепко обнял.
— Говорят, волка ноги кормят, — усмехнулась я в твёрдое плечо.
Демон только фыркнул, подхватил на руки и потащил на кухню, где преспокойно поставил у плиты.
— Не буду оспаривать данную поговорку. Если нужно я тебя и до Китая за специями на своих двоих унесу. Ты только свистни, — он заглянул через моё плечо и довольно проурчал. — М-м-м-м, котлетки.
Не стала мучить мужчину, томя в ожидании. Достала тарелки сервировала стол. Стас наблюдал, не сводя голодного взгляда, и я не была уверена, что голод касался только еды.
Ели весело и непринуждённо.
