Старший лейтенант Александр Черников из роты материального обеспечения с трудом спал в своем модуле: кондиционер БК-1500 внезапно выключился, разбудив офицера. Усталый и беспокойный, он перешел на стационарное дыхание, пытаясь унять одурманивающий шум корабля "На линии огня"....
Сам же, зная о раннем прибытии на службу своего заместителя по вооружению, остался у штаба. Завидев командира, Черников не мог пройти мимо. Подошел, отдал честь:
— Здравия желаю, Сергей Борисович.
Комбат ответил, пожав капитану руку:
— Здравствуй, Александр Владимирович! Смотрю, настроение у тебя выше крыши.
— Хорошее настроение. А вы хотите испортить мне его? Наверное, ждете комиссию корпуса? Так у нас по линии техники и вооружения все в порядке.
— Черт с ней с проверкой, капитан, не первая и не последняя.
Черников удивленно посмотрел на командира:
— Что-то я плохо понимаю вас, товарищ подполковник!
Комбат указал на штаб:
— Пройдем ко мне. Там и поговорим, пока замполит не появился.
— А что, Елисеев не должен знать о нашем разговоре?
— Лучше, если не будет знать. Пока.
Офицеры прошли в кабинет командира отдельного танкового батальона. Злобин присел за рабочий стол, Черников устроился напротив, за столиком-приставкой.
— Ну, рассказывай, Саша, как ты докатился до такой жизни?
— До какой такой?
— Ты простачком-то не прикидывайся! Расскажи о своей совместной жизни с некой пани Златой Рингер.
— Вот вы о чем? Узнали… Впрочем, рано или поздно, это все равно произошло бы. А о жизни? Хорошо живем, душа в душу.
— Что можно сказать, молодец! А на приказ, запрещающий подобные контакты, тебе наплевать?
— Нет, но, как говорится, сердцу не прикажешь.
— Так меж вами любовь образовалась?"
"— Да, мы любим друг друга.
— Это из-за нее ты набил морду сверхсрочникам полка? И ее же вытащил из горящего поезда?
— Так точно.
— И она, в знак благодарности, влюбилась в тебя. А ты воспользовался этим, так?
— Нет, не так. Мы любим друг друга. И наша любовь не зависит от того, кому я набил морду или кого вытащил из поезда.
Комбат наклонился к Черникову:
— У тебя, Саша, непорядок с головой? Обострение последствий контузии, или ты серьезно решил поиграть с огнем?
— Я плохо понимаю вас, Сергей Борисович.
— Вот как? Плохо? Ну да, ты же у нас ослеплен любовью… Оттого и не можешь адекватно расценивать сложившуюся обстановку.
— Да какую обстановку?! У вас есть ко мне претензии по службе?
— Хватит, Черников! — повысил голос Черников. — Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду.
— И чем — а главное, кому — мешают мои отношения с чешкой?
— Нет, ты явно не в себе.
