Офицер спецназа Александр Черников пережил войны в Афганистане и на Кавказе, но самое страшное испытание ждёт его впереди. Судьба, хранившая его в боях, готовит новый, более жестокий поворот. История о выживании, долге и цене, которую платит воин за свою честь и верность.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «На линии огня» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Офицер спецназа Александр Черников пережил войны в Афганистане и на Кавказе, но самое страшное испытание ждёт его впереди. Судьба, хранившая его в боях, готовит новый, более жестокий поворот. История о выживании, долге и цене, которую платит воин за свою честь и верность.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Николай Дмитриевич Кондратьев Литрпг подборки серии
Офицер спецназа Александр Черников пережил войны в Афганистане и на Кавказе, но самое страшное испытание ждёт его впереди. Судьба, хранившая его в боях, готовит новый, более жестокий поворот. История о выживании, долге и цене, которую платит воин за свою честь и верность.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А до́ма семьи остались… После разгрома банды Гасана могли сложить оружие и заняться мирной жизнью.
— Они выбрали другой путь, по которому и уйдут навстречу с Аллахом. И это, Валера, их право.
Бандиты наконец пришли в себя после потери командира. Кто-то принял на себя управление, так как до спецназовцев донеслась команда:
— Воины, вперед!
И тут же по лесу вновь ударили очереди.
Щедрин, перезарядив автомат, проговорил:
— Ну что ж, раз подыхать их право, то пусть подыхают.
Кутепов отдал команду по цепи спецназовцев:
— Внимание, из подствольников по «духам», огонь!
Разрывы гранат подствольных гранатометов выбили половину оставшейся части банды. На равнине осталось всего пять человек. Бросив оружие и что-то крича, они рванули обратно к аулу.
Щедрин посмотрел на Кутепова:
— Валим бегунов, командир?
Но капитан отложил автомат в сторону.
— Черт с ними. Пусть сваливают, а то в ауле детей кормить некому будет.
— А если они нам в тыл при отходе ударят?
— Не ударят. Эти уже отвоевались. Теперь их под страхом смерти не заставишь воевать.
— Ты командир, тебе решать…
Кутепов вызвал Черникова.
Подполковник в это время подошел к поднятым из подвала рабам. Их было десять человек. Трое изможденных, избитых мужчин, один целехонький — его «духи» почему-то не били — и шестеро женщин. Женщины выглядели лучше. Черников уже знал, к чему их здесь принуждали — ублажать главарей, мужчин же заняли на тяжелой физической работе. Черников взглянул на стоявшего чуть в стороне, не избитого мужика; в это время его станция издала сигнал вызова. Он ответил, не отходя от рабов:
— Первый на связи!
— Это Двадцать первый, командир! Большую часть «духов», наступавших со стороны аула, старший лейтенант Щедрин и подошедшие бойцы отделения уничтожили. Пятеро, бросив оружие, побежали к селению. Стрелять в спины бегущих посчитал лишним. Да и оставлять аул без мужиков нельзя, вымрет к чертовой матери. Но если ты прикажешь завалить всех, то мы достанем беглецов из автоматов.
— Пусть живут, — ответил Черников. — Этот бой, надеюсь, стал для них хорошим уроком. А если нет, и басмачи вдруг вновь возьмутся за оружие, то долго им не прожить. Не мы, так другие завалят. Оставь на позиции Щедрина и выводи отделение в лагерь.
— Принял, командир, выполняю!
Командир группы, отключив станцию, спросил у стоявшего в стороне раба:
— А ты чего отошел? Как зовут?
За него ответил худой немолодой уже мужчина:
— Степаном его кличут. В прислуге у Гасана был. Нас лес валить или мешки таскать — его полы в блиндаже подметать. И жратвы больше давали. Холуй, одним словом. Вот и жмется, сука, в стороне, чует, что в рожу получит. А получит он точно, только позвольте с ним разобраться.
— Нет! Никаких разборок, никакого мордобоя.
