Старший лейтенант Александр Черников из роты материального обеспечения с трудом спал в своем модуле: кондиционер БК-1500 внезапно выключился, разбудив офицера. Усталый и беспокойный, он перешел на стационарное дыхание, пытаясь унять одурманивающий шум корабля "На линии огня"....
— За меня не беспокойся, Эмир! Скажи лучше, зачем вызвал в это время? Есть серьезная причина?
Гасан услышал, как Эмир усмехнулся:"
"— Конечно, есть. Твой отряд должен был выступить завтра на рассвете.
— Да, должен.
— Так вот, выступишь сегодня в ночь, в 23.00.
— Почему? Русские узнали о моей базе? — удивился Гасан.
— По информации, что я получаю из их штаба — нет, более ранний выход связан с изменением обстановки в Ингушетии. Акт возмездия и устрашения мы должны провести раньше назначенного срока.
— Понятно.
— Днем рабов переведи в аул, пусть работают в семьях наших бойцов. Лагерь замаскировать, заминировать. Предупредить жителей Хубачи, чтобы не ходили в лес, особенно следили за детьми во избежание несчастных случаев. Семье Курбана лучше перебраться в Махачкалу. Только Аллах знает, как закончится наш рейд, и не узнают ли русские о том, что в акции участвовал Доку. Если узнают, его семье может не поздоровиться. Это нам не надо.
— Русские не трогают наши семьи.
— Так было раньше как будет сейчас, не знает никто. Впрочем, если Курбана не очень волнует семья, то может оставить ее в Хубачи.
— Хоп, Эмир! Я поговорю с ним.
— Поговори! С подъема займись подготовкой отрядов к выходу, маскировкой лагеря. Минирование базы и подходов к ней проведешь непосредственно перед уходом. Связь со мной после выхода за перевал Хасбат, я уточню ваш маршрут. У меня все. Спокойной ночи, Мамед!
Отключив трубку, Гасан бросил ее на стол.
— Что-нибудь случилось, командир? — осторожно спросил связист.
— Ничего. Сходи к бункеру, приведи сюда Ларису.
Связист скрылся за дверью блиндажа. Вскоре вернулся с заспанной молодой, красивой женщиной, кутавшейся в халат.
Гасан указал Хакиму на дверь:
— Выйди!
— Тебе мало того, что было накануне? Мне раздеться? — спросила женщина.
— Нет. Скоро тебя отведут в аул, передадут в семью Курбана. Будешь делать то, что скажет его старшая жена.
— Как прикажете, — покорно сказала рабыня.
— Ступай, Лариса.
Женщина вышла из блиндажа. Хаким отвел ее обратно в бункер. Вернувшись, застал свой отсек пустым. Проверив работу вибрационного сигнализатора вызова станции, прилег на топчан, уснул.
В 3.50 полусонный Доку Курбанов вышел на улицу. В центре лагеря на площадке построения, в шеренге стояли четверо боевиков — очередная смена караула.
