Старший лейтенант Александр Черников из роты материального обеспечения с трудом спал в своем модуле: кондиционер БК-1500 внезапно выключился, разбудив офицера. Усталый и беспокойный, он перешел на стационарное дыхание, пытаясь унять одурманивающий шум корабля "На линии огня"....
Александр вернулся в свой отсек, сбросил грязную афганку, прошел в душевую. После душа переоделся в спортивный костюм. Присел на кровать. Наверху тихо работал кондиционер. Перед глазами Коля Белоусов в окровавленных бинтах, лежащий в углу пещеры. Трупы солдат, горящие остовы машин, душманы. Тряхнув головой, Черников встал, прошел к холодильнику, достал бутылку водки, выпил половину. Видения отступили, появилась боль в груди. Он допил бутылку и прилег на кровать. Спиртное и усталость сделали свое дело — Черников уснул.
Разбудил ротного Зайцев. От прикосновения руки прапорщика, Александр вскочил:
— А?! Что?
— Ты чего, командир?
Вытерев полотенцем вспотевший лоб, Черников пришел в себя:
— Ничего, Илья, Куншер снился, будь он проклят.
— Смотрю, ты пол-литра уже уговорил?
— По возвращении… А сейчас сколько времени? Я свои часы потерял к чертям собачьим.
— Восемь. Вечера.
— Ясно. Теперь впереди бессонная ночь.
— Я тоже не усну. Помянем ребят?
— Помянуть каждого здоровья не хватит — сгорим от спиртного.
— Пойдет ли спирт? Может, водки?
— А где ее сейчас взять? Нет, можно, конечно, у ребят-пехотинцев позаимствовать, но, по-моему, спирт лучше. Разведем, остудим — чем не водка?
— Разводи!
Прапорщик разбавил водой из графина перелитый в двухлитровую банку спирт, поставил его в холодильник:
— Через полчасика водочка будет готова. Так, а вот с закуской, я посмотрел, у тебя напряги.
— Не надо. Там сбоку от холодильника пара банок тушенки, в ящике хлеб.
Зайцев принес тушенку, хлеб, начал вскрывать банки:
— Сань, а это правда, что на тебя приказ пришел и что через трое суток ты уедешь отсюда?
— Говорят, пришел."
"— Завидую. Скоро жену увидишь. В чистой постели будешь спать с женой. И ни тебе гор, ни бурь песчаных, ни «духов», чтоб им пусто было, ни крови… Лафа!
Черников взглянул на подчиненного:
— А знаешь, Илья, чего я сейчас не хочу?
— Чего?
— Жену видеть.
— С чего бы это? — удивился прапорщик.
— Не хочу жену видеть. Не буду с ней жить. Разведусь.
Зайцев присел на табурет:
— Ты чего, командир? Серьезно говоришь или шутишь?
— Какие тут могут быть шутки. Изменяет она мне.
— Сам видел?
— А кто из мужей видит, как жена ему изменяет?
— Откуда знаешь?
— Чувствую. Сердцем чувствую, а его не обманешь. Но не будем об этом. Давай, доставай спирт, разливай, хватит ему охлаждаться.
