Автор
На лобовом стекле внедорожника мерцают цифры полдня, когда я возвращаюсь домой после работы папы. Маршрут по пробкам устраивает меня меньше всего – предчувствие не обманывает: день обещает быть коту под хвост. Бегут последние минуты перед встречей с отцом и его требованием к опозданию, когда он ждет моего предложения для реструктуризации бизнеса....
- Пап, какой брак с Андреевым? - восклицаю я. – Я его едва знаю! И я Костю люблю, ты же знаешь. Да, мы пока не встречаемся, но…
– Ты, должно быть, шутишь! - одним взглядом отец заставляет меня замолчать. По мрачному выражению его лица понятно, что смеяться он не намерен. - Любовь, Владлена? Это сказка! В реальной жизни существуют только долг и ответственность.
- Но ты любил маму, - напоминаю я. – А я люблю Костю. Ты ведь знаешь, какой он хороший, и ты дружен с его родителями.
- Послушай меня, - отец даже не повышает голоса, но в нем появляются металлические нотки.
- Причем тут это?
- Чушь не пори! – велит он. - Андреевы решат все наши финансовые проблемы. И ты ни в чем нуждаться не будешь.
- Мне это не нужно, - говорю я, мотая головой.
Отец подходит к столу и зажигает сигару, пуская в воздух клуб дыма.
- Очевидно, масштабы бедствия ты не улавливаешь, - мрачно констатирует он. - Если ты не выйдешь замуж за младшего Андреева, мы лишимся всего. Этот дом, дом на побережье, машины, даже твоя квартира в залоге у банка.
Потрясенная его словами, я опускаюсь на диван. Я всегда считала себя миролюбивым человеком, но сейчас впервые хочу причинить боль другому существу.
- Но как все зашло так далеко? – бормочу я, пытаясь прийти в себя от шока. – У нас же все было, ты работал все время?..
Лицо отца напрягается. Он отводит глаза, и на мгновение мне кажется, что ему стыдно.
- Что ты сделал папа? – требовательно спрашиваю я. – Я хочу знать.
- Несколько невыгодных вложений, - отмахивается он. – Бизнес – это всегда риск.
- Но ты на госслужбе! – восклицаю я.
- Ты в этом ничего не смыслишь, Влада! – отрезает он, явно не желая продолжать эту тему.
Я часто дышу, стараясь найти выход.
- Мне предлагали хороший контракт в Париже, - говорю я, наконец. - Из-за мамы я отказалась, но, если это необходимо, я его подпишу. Мама под присмотром и...
Отец смотрит на меня почти со злостью. На его щеках вздуваются желваки. И хотя внешне он держится спокойно, яростный блеск в глазах выдает его истинные чувства.
