Автор
Александра покачивала головой, глядя на себя в заднее зеркало машины. Зимний дождь осеннею тьмой заполнял городские улицы, а ветер срывал листву с деревьев, придавая им красок от крови до оранжевых пламен. Она ждала в здании небоскреба, словно стекла замёрзшей реки в сердце столицы....
— Есть девушка, которой будет неприятно всё это слышать, — сформулировал Давид, как никогда мягко, чего Лина однозначно не заслужила, — и эта девушка ждёт от меня ребёнка.
Хорошо, что сигарету Лина докурила и выкинула, иначе она бы ей подавилась — так широко она открыла рот.
— Беременна? От тебя? — выдохнула она.
— На 99,99 %, — кивнул Давид. — Так определил тест ДНК.
— О господи! Я её знаю? — вытаращи ла она глаза.
— Это неважно. Важно, что я на ней женюсь. Поэтому, эти твои сплетни, мягко говоря, неуместны.
— О боги! — она выдохнула. — Ты что, её любишь?
— Я повторюсь: тебя это не касается, — ледяным тоном сказал Давид, ему надоело с ней церемониться. — И весь этот шалман прекращай немедленно, или я объявлю о своей помолке прямо сейчас. Ты же не хочешь скандально прославиться тем, что была унизительно отвергнута мужиком на собственной вечеринке?
— Сука! — выдохнула она.
— Ну, что есть, то есть, — развёл руками Давид.
Она хватала ртом воздух, как больной с кислородным баллоном, который вовремя не заменили.
— Это она, Давид? — орала Лина ему вслед. — Кучерявая?
Но Давид не обернулся. Он попрощался с детьми и поехал домой — в свою холостяцкую квартиру из стекла, стали, бетона и полированного оникса, где у него не было ни девушки, что ждёт от него ребёнка, ни иллюзий, что он умеет любить.
На стыке июля и августа Давиду исполнилось сорок. Он был бы и рад, наконец, кого-то полюбить, но пряжкой с пятиконечной звездой из него выбили способность чувствовать.
С детства он усвоил, что его организм — это генератор, а секс — это энергия, спорт — это энергия, эмоции — это энергия.
Но куда? К чему? И где предел? Этого ему не объяснили…
Глава 48
Это было несколько дней назад. Сейчас, нагнувшись, Давид чмокнул Алекс в щеку, надеясь пойти поработать, но напрасно думал, что так легко отделается.
Она обхватила его за шею, подтянулась, впилась в губы.
О чёрт! Его словно шарахнула молния.
Тяжело дыша, отступила. Давид удивился, что у него кружится голова, а этот её укус и шаг назад похожи на наказание.
