Время выжимается из каждой минуты в романтической комедии "На одном дыхании". Все события следуют строгому графику, будь то школьный учебник или институтские обязанности. Но даже при такой организованности — любовь и ссоры не уходят прочь. Описанные в книге моменты пронизаны смехом и печалью, вызывая сложные чувства к героям....
Она поднимала и снова пристраивала, краснея от неловкости, как девочка. Потом копалась в необъятном, бесформенном бауле, добывала чего-то – все не то! – и кидала обратно. Наконец выложила диктофон и все никак не могла его включить, терялась, ужасалась, зачем-то дула в него, как когда-то Маринина бабушка дула в телефонную трубку.
Марина терпеливо ждала, думала про теплые желтые огоньки, молчала.
– Извините, – пролепетала несчастная, наконец устроившись. – Я просто волнуюсь очень…
– А вы не волнуйтесь, – посоветовала Марина.
– Ну как же? Такое… событие… Это же такая удача… такое… счастье… вы… вы даже представить себе не можете, Марина Олеговна, насколько я… вас… обожаю!
Я вас люблю и обожаю, подумала Марина. Беру за хвост и провожаю.
Так, про обожание все понятно. Дальше что?..
Давай, давай, тетя! У меня баня простынет!..
– Вы такая… великая актриса. Вы такой… человек… значительный, большой, что называется, человек… и чтоб так повезло, что вы согласились… Все же знают, вы интервью очень редко даете, а мне так повезло… Спасибо вам, – наконец выговорила корреспондентка, и Марине показалось, что она сейчас бухнется на колени.
– Вам спасибо! – смеясь глазами, возразила Марина. – А как вас зовут?
– Ой, простите, я не представилась! – Она опять нырнула в свой баул и стала ожесточенно рыться в нем. – Вот, вот!
И она ткнула в Маринину сторону визиткой.
– Меня зовут Ольга! Ольга Красильченко, я специальный корреспондент…
– Может быть, чаю? Или кофе? Хотя для кофе уже поздно…
– Нет-нет, спасибо.
– Зеленого чая с жасмином, – не повышая голоса, повторила Марина чуть в сторону, и неясная тень зашевелилась за ее плечом, пошла складками – официант услышал, конечно, кинулся исполнять.
Корреспондентка теперь сидела, затаившись как мышь, смотрела на Марину не отрываясь и почти не моргая.
Она была в свитере, то ли коричневом, то ли сером, не разобрать. Вытянутые рукавчики подвернуты и – Марина специально посмотрела, – кажется, не слишком чисты.
Все ясно.
Марина по опыту знала, что самые лучшие интервью делают как раз зачуханные тетки в чудовищных «практичных» ботинках и свитерках из свалявшегося козьего пуха, журналистки «старой школы».
