Замкнув глаза на мгновение благодатной тишины перед новым днем, вы вспоминаете свой день рождения. Вдруг светофор задерживает вас: появляется необычная машина и знакомый голос — Мария Георгишевна приглашает на утреннюю прогулку. От этого случая до бесконечных открытий в мире заботливых соседей и загадочных друзей, каждый новый день оказывается необъятным местом для удивительных встреч....
– Как они могли упустить цель? Найди лучших из лучших!
– Я поняла, – снова поклонилась Саки и покосилась на дверь в комнату увеселений: – А что делать с сеймуном? Он приходит редко, и я боюсь, что утром сейлор Драген вернется с приговором…
– Не бойся, – ухмыльнулся я и достал пустой пузырек от верного снотворного. – Он ничего не вспомнит.
Я вошел в комнату с приглушенным светом тем же путем и, заметив спящего в окружении полуголых девиц сеймуна, усмехнулся: позабавиться ему не удалось. Зато хоть отдохнет на славу и завтра будет во всеоружии, чтобы руководить отбором невест.
Поделом ему!
Глава 17. Светлана
– Бабушка, ты снова храпишь, – пробурчала я под нос и накрылась одеялом с головой.
Перевернулась на другой бок и, распахнув глаза, резко села. Уперлась взглядом в розовое платье, затем посмотрела на штору, которую слуги вчера повесили на место, и только затем на вторую половину кровати.
Вольготно раскинувшись на подушке, рядом со мной спала белка. Подергивала задней лапой, будто убегала от кого-то во сне (и я даже догадываюсь, от кого именно). С храпом открывала пасть, но будто пробуждалась от издаваемого собой же звука, сонно дожевывала последние крошки от вчерашних лакомств и вновь засыпала.
Моя ладонь скользнула по шелковой простыне к животному. Я запустила пальцы в теплую шерстку на животе Багета и обреченно вздохнула.
Да, я в реальности.
– Значит, – решительно повторила я вслух, – нужно добиться аудиенции у самого короля. Или… – прищурилась и сжала мех на животе белки.
Та встрепенулась. Заерзала на подушке, спросонья не понимая, что происходит. Начала царапать воздух, мять наволочку, отбиваясь хвостом от невидимых врагов.
– Ты ли это, Штирлиц? – сузив глаза, нагнулась я к животному.
– Я Вилай! – завопило оно, пытаясь высвободиться. – Вилай я!
– Будем знакомы.
– Женщина! – очнулся Багет и, теперь намереваясь напасть, дернулся ко мне.
Я фыркнула и обхватила юркое тельце обеими руками.
– Тише ты.
