Автор
В замке Монсальви, женщина, вспоминая славные дни своего прошлого, окутана таинственным мерцанием свечей. На бархатной скатерти лежат ее старые золотые украшения, напоминающие о величии и роковых выборах, когда она была королевой Брюгге и Дижона.
Мощь его сильного обнаженного торса подчеркивала короткая рубашка, в которой он лежал на красных шелковых подушках. Повязка закрывала его левое плечо, но не видно было, чтобы он сильно страдал. Лицо, правда, было бледновато, но глаза горели жарким огнем. Причиной была не только лихорадка, о чем говорили его горячие руки, но и присутствие Катрин.
– Вы не знали? – мягко упрекнул он, пытаясь привлечь ее к себе. – Почему же?
Неожиданно смутившись, она противилась. Ей вдруг показалось ненормальным находиться в комнате у мужчины.
– Потому что я не должна была приходить сюда. Представьте, что скажут люди, если меня застанут здесь после того, что произошло вчера…
– Вчера ничего не произошло. Я повредил себе плечо, упав на лестнице. У меня небольшой жар, и я остался дома. Разве это ненормально? А вы пришли как милосердный ангел узнать о моем здоровье. Это же естественно!
– А Бернар д'Арманьяк, граф Пардьяк?
– Он поехал на охоту с королем, как вы, конечно, знаете, и с самого утра бегает за кабанами. И потом, вы думаете, он меня пугает? Садитесь здесь. Вы слишком далеко… И еще: снимите вуаль, которая скрывает ваше чудесное лицо.
Она послушалась его и улыбнулась, умиленная этими детскими капризами, так сильно контрастировавшими с его мощной фигурой.
– Ну вот. Но я не задержусь у вас долго. Король скоро вернется, и Бернар вместе с ним.
– Я больше не могу слышать это имя, Катрин! – закричал молодой человек, покраснев от злости. – Еще раз говорю, что вы свободны, и он не имеет никакого отношения к нам. Он вел себя недостойно по отношению к вам. Он еще за это поплатится! Моя нежная подруга, предоставьте мне право позаботиться о вас.
– Но я вам не препятствую, – вздохнула Катрин. – Можете заботиться обо мне, друг мой… Я в этом так нуждаюсь!
– Я этого очень хочу. Вы еще не поняли, как я вас люблю, Катрин, иначе бы вы мне уже сказали «да».
Он потихоньку привлек ее к себе и поцеловал прикрытые веками глаза. Голос его стал убаюкивающим, как мурлыканье кота.
– К чему ждать? После вашего помилования здесь все ожидают нашей помолвки. И даже сам король.
– Король слишком добр, а я не знаю… пока рано…
– Пока рано? Многие женщины выходят снова замуж, едва минет месяц после смерти их супругов. Вы не можете оставаться в одиночестве, беззащитная перед всеми. Вам нужна шпага, защитник, как вашему сыну нужен отец.
Их губы сомкнулись и слились в жарком поцелуе, она закрыла глаза, охваченная приятным волнением, ее грусть исчезла.
