Вот так номер!
– Я подумал, что ты захочешь что-то другое, – оправдывается он.
О господи! Такая удобная возможность его подразнить.
– «Сааб»? – усмехаюсь я.
– Да. «А 9–3». Пойдем.
– Какая у тебя тяга к заграничным машинам…
– Немцы и шведы делают самые безопасные в мире машины, Анастейша.
Правда?
– Мне казалось, что ты уже заказал для меня другую «Ауди А3».
Он смерил меня насмешливым взглядом.
– Я могу отменить его. Пойдем.
Выйдя из машины, он открывает передо мной дверцу.
– За мной ведь подарок по случаю окончания учебы, – говорит он и подает мне руку.
– Кристиан, ты зря это делаешь, не надо.
– Я так хочу. Пожалуйста. Пойдем. – Его тон говорит мне, что он не расположен к шуткам.
Я покоряюсь судьбе. «Сааб»? Ты хочешь «Сааб»? Мне очень нравился спецавтомобиль для сабмиссив – «Ауди». Он был очень стильный.
Конечно, теперь он залит белой краской… Меня передергивает. И она все еще где-то бродит.
Я беру Кристиана за руку, и мы идем в демонстрационный зал.
Трой Турнянски, консультант, набрасывается на нас, как коршун. Чует покупателей. Акцент выдает в нем уроженца Атлантического побережья Европы, возможно, англичанина. Трудно сказать.
– «Сааб», сэр? Подержанный? – Он радостно потирает руки.
– Новый. – Кристиан крепко сжимает губы.
Новый!
– Вы уже выбрали модель, сэр? – подобострастно интересуется продавец.
– «9–3 2.0Т Спорт Седан».
– Превосходный выбор, сэр.
– Какого цвета, Анастейша? – Кристиан наклоняет набок голову.
– Э-э… черный? – Я пожимаю плечами. – Но только не надо…
Он хмурит брови.
– Черный плохо виден в темноте.
О господи!.. Я перебарываю желание закатить в досаде глаза.
– У тебя ведь черная машина.
Он сумрачно смотрит на меня.
– Тогда желтый, канареечно-желтый.
Кристиан морщится – канареечно-желтый ему явно не нравится.
– Тогда какой бы ты сам выбрал для меня цвет? – спрашиваю я его словно маленького ребенка, каким он во многом и остался. Мысль неприятная, грустная и отрезвляющая одновременно.
– Серебристый или белый.
– Тогда серебристый. Знаешь, я все-таки хочу «Ауди», – добавляю я, смягчившись после таких мыслей.
Трой бледнеет, чувствуя, что сделка уплывает из рук.
– Может, вы хотите конвертибль? С откидным верхом, мэм? – спрашивает он, с энтузиазмом хлопая в ладоши."
"Мое подсознание недовольно ежится от всей этой церемонии покупки машины, но моя внутренняя богиня кладет его на лопатки. «С откидным верхом?.. Круто!..»
Кристиан сдвигает брови и смотрит на меня.
– Конвертибль? – спрашивает он.
Я смущаюсь. Похоже, он общается с моей внутренней богиней. По прямой линии, которая явно протянута между ними. Иногда это страшно неудобно. Я гляжу на свои ногти.
Кристиан обращается к Трою.