Автор
Кэтлин и Кристи трудятся над текстом, который должен стать квинтэссенцией всех проблем и решений в мире. Вдохновленные обширной поддержкой своих друзей — от Эми до Ниалла — они продолжают работу, уверенные, что каждый их шаг сделан не зря. Книга предстанет перед читателями как глубокий мозаичный трактат на тему любви, добра и справедливости в мире, где каждое действие имеет последствия....
Ему требуется лишь заботливый уход.
Кристиан смотрит на меня и улыбается.
– Ладно. Я поговорю с Элиотом. Он знает хорошего архитектора, тот кое-что делал в моем доме в Аспене. Возможно, он кое-что смыслит и в реконструкции домов.
Внезапно я вспоминаю, как мы в последний раз шли через лужайку к лодочному сараю. Тогда тоже светила луна. Ой, может, именно туда мы и направляемся? Я хмыкаю.
– Что?
– Я вспомнила, как ты в прошлый раз водил меня в лодочный сарай.
Кристиан посмеивается.
– Да, это было забавно. Вообще-то…
Внезапно он останавливается и закидывает меня на плечо.
– Насколько мне помнится, ты очень злился.
– Анастейша, я всегда очень злюсь.
– Нет, не всегда.
Он шлепает меня по заду и останавливается перед деревянной дверью. Опускает на землю и сжимает руками мою голову.
– Верно, я больше не злюсь.
Наклонившись, он крепко целует меня. Когда поцелуй заканчивается, я еле дышу, а мое тело наполнено желанием.
Он глядит на меня, и в узкой полоске света, падающей из домика, я вижу его озабоченность.
– Я хочу кое-что показать тебе там внутри, – говорит он и открывает дверь.
Жесткий свет флуоресцентных ламп освещает моторный катер внушительных размеров. Он мягко покачивается на темной воде.
– Пойдем.
Кристиан берет меня за руку и ведет наверх по деревянным ступеням. Там он распахивает дверь и отходит в сторону, пропуская меня вперед.
От удивления у меня отвисает челюсть. Чердак не узнать. Он полон цветов… цветы повсюду. Кто-то создал волшебный будуар, где соединились красота цветущего луга, рождественские огни и миниатюрные фонарики, льющие нежный свет.
Я поворачиваю голову к Кристиану. Он глядит на меня с непонятным выражением лица.
– Ты ведь хотела сердечек и цветочков, – бормочет он, пожимая плечами.
Я стою и не верю своим глазам.
– Сердце – у меня в груди… – Тут он плавно машет рукой в сторону комнаты.
– … а цветы вот тут, – шепчу я, договаривая за него фразу. – Кристиан, это прекрасно.
Я не знаю, что еще сказать. У меня бешено колотится сердце, а на глаза навернулись слезы.
Он тянет меня в комнату и, прежде чем я успеваю опомниться, встает передо мной на одно колено.
