Автор
Кэтлин и Кристи трудятся над текстом, который должен стать квинтэссенцией всех проблем и решений в мире. Вдохновленные обширной поддержкой своих друзей — от Эми до Ниалла — они продолжают работу, уверенные, что каждый их шаг сделан не зря. Книга предстанет перед читателями как глубокий мозаичный трактат на тему любви, добра и справедливости в мире, где каждое действие имеет последствия....
Теперь мои руки окончательно вытянулись, и я не могу ими двигать.
– Так-то лучше, – бормочет он.
Взяв мороженое, он возвращается на кровать и опять садится на меня верхом. Медленно сдирает крышку из фольги и втыкает ложку в ванильную массу.
– Хм-м… оно еще твердовато, – сообщает он, подняв брови. Зачерпывает мороженое и отправляет в рот. Сладко жмурится, облизывает губы. – Поразительно, каким вкусным бывает простое ванильное мороженое. – Смотрит на меня с хитрым видом. – Хочешь попробовать?
Он сидит на мне и лакомится мороженым – такой молодой, беззаботный и горячий – глаза веселые, лицо сияет.
Он зачерпывает еще мороженого и протягивает мне; я открываю рот; тогда он быстро его проглатывает.
– Слишком вкусно, чтобы делиться, – заявляет он с коварной ухмылкой.
– Эй! – протестую я.
– Как, мисс Стил, вы любите ванильное мороженое?
– Да, – отвечаю я с наигранной злостью и безуспешно пытаюсь сбросить его с себя.
Он смеется.
– Ах, мы сердимся! Я бы на твоем месте поостерегся.
– Хочу мороженого!
– Ладно уж, мисс Стил, ведь вы так порадовали меня сегодня. – Он подносит к моим губам полную ложку мороженого и дает ее съесть.
Мне тоже хочется смеяться. Он веселится от души, и его хорошее настроение заразительно. Он зачерпывает еще мороженого и дает мне, потом еще… Ладно, хватит.
– Эге, вот как можно заставить тебя есть – путем принудительного кормления. Надо иметь это в виду.
Зачерпывает еще мороженого и предлагает мне. На этот раз я плотно сжимаю губы и мотаю головой. Тогда он ждет, держа ложку надо мной. Растаявшее мороженое капает мне на горло, на ключицы. Он медленно слизывает его. Мое тело наполняется истомой.
– Хм-м. Мисс Стил, оказывается, так мороженое еще вкуснее.
Я неистовствую, пытаюсь освободить руки; кровать зловеще скрипит, а мне плевать – я горю желанием, оно пожирает меня. Он зачерпывает еще ложку и льет растаявшее мороженое мне на груди.
Ой… холодно! Соски напрягаются от мороженого.
– Холодно? – участливо спрашивает Кристиан и опять слизывает с меня лакомство. Его губы кажутся мне горячими по сравнению с холодом ванильной массы.
Это мука. Мороженое тает и стекает с меня струйками на простыню. Губы Кристиана продолжают медленную пытку, то с силой всасывают, то нежно ласкают мою кожу.
– Пожалуйста… – Я учащенно дышу.
