Автор
Роб Хьюард нашел с первого взгляда в девушке интерес, вместо картин в парке. Его взгляд скользнул к ней мимолетно, но она улыбнулась ему — и это оказалось нечто особенное. Описываемая атмосфера полного безмятежности привлекает внимание: солнечный свет играет на лужайке, зелень парка кипит жизнью, а впереди — небо, покрытое звездами....
– У тебя с ним ничего бы не вышло, – сказал он. – Поверь, я знаю Роба.
– Я знаю.
– Насчет твоей работы… относительно экспедиции… – Он заговорил почти нервно – Кэл, такой сильный, такой невозмутимый. – Думаю, ты напишешь хорошую статью. Я встречу тебя со своими коллегами. Возможно, ты захочешь поехать с нами. До ближайшей деревни.
– Но почему? – спросила она.
Она знала, почему она поедет, но относилась к этому как к деловому предложению.
– А как думаешь ты? – ответил он.
– Частью твоей жизни?
– Вернее, стала ею в еще большей мере. С Клер ничего не изменилось. Мы гуляли по старым местам, и внезапно я понял, что все с ней будет по-прежнему. А после встречи с тобой прежнего мне уже мало. – На суровых губах играла еле заметная улыбка. – Однажды Джигмэ Дорье сказал мне кое-что, не для публикации: «Не отдавай свою душу женщине, пока не увидишь ее ожидающей тебя на той вершине, к которой ты стремился, даже если ты оставил ее в деревне».
Шина подумала: «Да», но не смогла ничего сказать.
– Я ученый и не умею вкладывать душу в слова. Но ты единственный человек, имеющий право входить в хижину. Тем вечером, когда ты открыла мне дверь, я понял, что так и должно быть всегда.
Журналистка, зарабатывающая на жизнь словами, не могла выжать из себя ни одного звука!
Кэл продолжал:
– Я не жду, что ты сможешь понять меня, ведь познакомились мы сравнительно недавно.
О нет! Он прав, это их хижина, она принадлежала ей с самого первого дня. Шина готова была возвращаться туда снова и снова, на протяжении долгих лет, как это делает он.
– Но господи, прошу, соглашайся! – воскликнул он. – Я не могу потерять тебя. Хочешь ты или нет, но придется тебе всегда быть рядом.
Вошел Роб.
Кэл, не поворачиваясь, спокойно произнес:
– Убирайся!
Никакой злости, как говорила Клер, разозлить его невозможно. Но что-то в голосе брата заставило Роба прирасти к полу.
Шина поднялась:
– Ты отвезешь меня к хижине? Я хочу попрощаться с озером, завтра возвращаюсь в Лондон.
– Да, – ответил Кэл.
– К хижине? – не понял Роб. – Сейчас? А когда ты вернешься?
– Не знаю, – ответила Шина. – Я хочу быть ближе к звездам."
