Автор
В глубине тьмы скрываются потусторонние силы. Прямоугольники и сферические фигуры мерцают на фоне бесконечных черноты. Встреча в лабиринте душевного беспокойства, где каждая ступенька может привести к разгадке загадочной тьмы.
– Пад го-оро-одом Горьким, где люди-и как волки, в рабо-очем поселке па-адруга живе-ет! – протянул он так громко, что какая-то тетка, не ожидавшая приступа Фединого вдохновения, шарахнулась в сторону, чуть не выронив авоську.
– Так это чего, сюда не все из Москвы сыпятся? – удивился я. – Или ты в другом месте вынырнул?"
"– Из разных проваливаются, – ответил он, поудобней перехватывая увесистый мешок. – Но из Владивостока или Парижа пока не случались, есть какие-то лимиты по радиусу. Так, все больше Средняя Россия, но совершенно вперемешку.
– Хм… – озадачился я. – А вообще какие-то закономерности есть?
– Есть… на жопе шерсть, – вздохнул Федя. – Толку-то с них? Тебе на лекцию идти надо?
– В понедельник надо, сказали.
– Так ты на работе предупредить не забудь, – напомнил он мне. – А вообще за все закономерности там тебе и расскажут. Наверняка кто-то из научников будет, для этого и собирают, чтобы поведать, что у нас тут и к чему. И каким боком. Или раком.
– А больше все же боком или раком?
– Все больше раком, и выходит боком, – усмехнулся он.
У меня в мозгу намертво отпечатался стоп-кадр, в котором темная и жуткая тварь ползет по потолку с твердым намерением распотрошить меня, наивного. Как вспомню, так мороз по коже.
– Кстати, в понедельник мы выходные, так что предупреждать некого. И незачем, – сказал я.
Машин у рынка немного убавилось, самое торговое время уже прошло, народ расходился понемногу. Сворачивались и торговцы. Несколько колхозников курили папиросы возле большого «студебекера», о чем-то разговаривая и посмеиваясь. На борту грузовика была крупная надпись белыми буквами «Колхоз «Раменское». Лучшая свинина!»
– По субботам мясом хорошо торговать, – кивнул на них Федя, попутно закидывая в кабину мешок с железякой. – А у раменских и вправду свинина самая хорошая, черт знает, что там у них за свиньи.
– Колхоз-миллионер? – усмехнулся я, вспомнив старые формулировки.
– А то! Получше многих живут. Свиньи у них, птицеферму открыли. Уважаемые люди. Отряд самообороны организовали.
– Кстати, Федь, я вот чего спросить хочу, – сказал я, забираясь на пассажирское сидение. – А вообще у вас тут что за государственное устройство?
– В смысле? – не понял он.
– Ну, Углегорск – город областной, так?
– Так, был раньше, до того как люди исчезли.
