Автор
Вдали расстилается земля, зачарованная темными лесами и синими просторами Висковых дубрав. Высота терема надевает на княгиню Евпраксию величие — она стоит верхом на холме, а широкая галерея узрет мир из окон своих лунных хором.
– Вещь! – похвалил Глухарь, извлекая бешено крутящееся сверло из груди татарина. Ударив очередного нападающего рукоятью дрели – тяжелой, содержащей аккумулятор, Глухарь крикнул кому-то в сторону: – Ручка хороша, тяжела!.. И сверло само в кольчуге дырку ловит… Уже я штук пятнадцать просверлил, не поверишь! «Bosch»!!! – подчеркнул он, просверливая очередного оглушенного рукоятью батыра. – Лучше не сделаешь!!
* * *Новая лавина пеших татар, выплеснувшаяся с Красного крыльца, на секунду замерла: перед ней с земли поднимался огромный деревянный щит, закрывавший волчью яму-ловушку.
Мужики на стене по команде Коли отпустили веревки, и крышка упала на место, закрывая яму.
– Эй! – крикнул кто-то со стены. – Не расходись: в княжей горнице еще отряд копится!
– Готовы!
– Идут!
Яма открылась. Световая граната вспыхнула, ослепив вновь и тех, кто был в яме.
– Принимай пополнение!
Оказавшиеся в яме, на горе трупов воинов Балыка, прикрытых резаной, рваной сетью, воины первого отряда, вполне оценившие свое унизительное, позорное положение, были хоть и временно ослеплены, но в состоянии полной боеготовности, если не сказать в состоянии озверелой жажды боя.
На головы батыров первого отряда посыпались, прыгая, падая, втаптывая в останки воинов Балыка, – батыры второго отряда, их же однополчане и земляки. И те и другие, ослепленные, тут же смешались в бешеную кучу… Началась беспощадная резня.
* * *На стену, на настил, Глухарь с двумя мужиками с трудом затащил огромный арбалет.
– Как ты просил, – сказал Глухарь Коле, устанавливая двухметровый арбалет – стальная рессора, стальной трос, деревянное ложе…
– Такой до леса дошибе-е-ет!
– Заряжай копьем!
* * *– У них очень маленькие, легкие стрелы, поэтому они и летят далеко! – объяснил Шаим, протягивая Чунгулаю арбалетную стрелу.
– Не в этом дело… – задумчиво покачал головой Бушер.
Четыре батыра принесли и положили перед конем Чунгулая копье, на которое было нанизаны сразу три татарских трупа…
– Копье прилетело сюда, на опушку, из крепости… – пояснил старший носильщик.
