Автор
Вдали расстилается земля, зачарованная темными лесами и синими просторами Висковых дубрав. Высота терема надевает на княгиню Евпраксию величие — она стоит верхом на холме, а широкая галерея узрет мир из окон своих лунных хором.
А то облажаешься, как прошлый раз, со старлеем с этим. Сначала тут его об бетон колотил-колотил, чуть коктейль из него не сбил, а потом аж вон куда захреначил!
– А ты б вообще убил бы.
– Я?!
– Ты! Тебе вот этот взвод доверь, – утром в Бухрейн он в виде майонеза придет.
– Почему в виде майонеза?
– Ну, они же для шашлыка барбекю, уксус и масло грузили, а яйца у них свои есть. Так что тебе по команде «Старт!» только взболтать осталось… Изготовить суспензию, так понимаю…
– Знаешь, Кучкин, что скажу тебе, гнида? Лень с тобой связываться, спорить неохота.
– Мужики, а что это красное в заварном чайнике?
– Это я кракаде, ну, суданскую розу, вчера заварил, да никто пить не стал.
– Слушай, а спирта у нас технического не осталось? Кракаде – это отлично: развести, чуть сахарку добавить, «клюковка» получится, – не отличишь.
– Вчера ж последние триста грамм слопали. Спирт есть еще, но у Медведева в сейфе.
– Понятно…
Внезапно в наступившей тишине откуда-то раздался звук откупориваемой винной бутылки, хлопок пробки…
– Слышали?!
– Ага.
– Эй! Кто здесь?!
Ввергнутый в светлое помещение из темного коридора Алеша Аверьянов зажмурил глаза… В одной руке у него была пустая винная бутылка, в другой – штопор с накрученной на него пробкой.
– Откуда ты, прекрасное дитя?
– Да я бутылки здесь собираю. Мне Боков разрешил. И банки, люминивые…
– Алюминивые!
– Алюминивые тоже беру. А у вас какие?
– Да никаких.
– Под дверью у вас.
– Ладно врать-то: «Кагор архирейский». Дорогой напиток-то!
– Я могу оставить, если вам жалко.
– Чего жалко? Она ж пустая!"
"– Спасибо, дяденька, что объяснили, – не без ехидства заметил Алексей.
– Пожалуйста. А ты бы мальчик, чем бутылки в одиннадцать вечера собирать, лучше бы уроки делал. А то, видишь, банка у тебя «люминивая»…
– А я уроки все сделал. Кроме одной задачи по физике.
– Плохо с физикой-то?
– Да нет, тройка твердая.
– А условие помнишь? Расскажи – посмеемся.
– Я сюда не веселить вас пришел. Мне домой пора и жрать хочется.
– Да ты не обижайся, разрубим твою задачку! А пожрать, мы и сами бы пожрали. Если было бы чего. Ну?
– «Ну», – повторил Аверьянов-младший. – Не запряг еще. Условие простое. Дано: пятьдесят копеек. Возвести в квадрат.
– Две тысячи пятьсот.
– Верно.
