Автор
Вдали расстилается земля, зачарованная темными лесами и синими просторами Висковых дубрав. Высота терема надевает на княгиню Евпраксию величие — она стоит верхом на холме, а широкая галерея узрет мир из окон своих лунных хором.
– …Я вас вообще сюда пускать не должна была!
– Почему?
– Не доросли еще на все это дерьмо смотреть!
Официантка указала на заплеванные столики, кинула взгляд через буфетную стойку, на зеркало, висевшее там, и, поправив себе прическу, скрылась за занавеской кухни.
– Наковальня у них тут, это точно, – сказал Алексей. – Раз – и в глаз!
– Какая наковальня?
– Название кафе, вон, гляди: ресторан «У наковальни».
– Это прозвище такое, ребята, – вмешался в разговор вошедший в кафе старик.
– Клад?! – оживился Алексей.
– Я смотрю, – это то, что вам надо, молодой человек.
– Это точно, – подтвердил Алеша. – Клад… Можно вас на минуточку? – Он подозвал официантку, принесшую пиво. – Вы не знаете никого, кто скупает краденое?
– Краденое? – усмехнулась официантка. – А чего ты украл-то?
– Я ничего. Я просто спрашиваю.
– Отец, слышишь, рубит, а я отвожу… – вставила Катя, тряхнув бантом.
– Чего?
– Это Некрасов, – объяснил Алексей. – Сатирическое стихотворение о том, как мужичок с ноготок рассказывает барину Некрасову о незаконной порубке в его, некрасовском, лесу.
– С наглостью во взоре, – добавила Катя, тряхнув бантом.
– Вы – сумасшедшие! – догадалась официантка.
– Да. И еще нам надо краденое сбыть, – подтвердил Алексей.
– Понятно. – Таня задумалась, не решаясь ни покинуть этих странных сопляков, ни вступить с ними в деловой разговор.
Подумав, официантка изрекла:
– В общем, если это часы или уже пустой бумажник – это мне даром не нужно. А если золото там, безделушки, брошки-сережки, – оставь, посмотрю…
– Что посмотрите?
– Что ты спросил, то я и посмотрю, – кто краденое скупает.
– Ага.
– Что – «ага»-то?
– Да вот у меня – цепочка и кольцо. Проба пятьсот восемьдесят три.
– Триста, – вынесла вердикт Танечка, осмотрев вещи.
– Тысяча.
– О-о-о!
– Да мне физичка в школе четыреста предлагала, – соврал Алексей. – Химичка шестьсот давала! – вдохновенно соврал Алексей. – Директорша школы – ну, за семьсот – в ногах валялась! Я просто связываться со своими не хочу.
– Пятьсот!
– Согласен!
– Она обманывает, Аверьянов! – склонившись к уху Алексея, трагически зашептала на все кафе Катя.
– Да ладно! – махнул Алеша рукой.
