Мы готовимся к встрече с необъятной Землей через тонны горючего и стюардессов с удивительным улыбочками. В воздухе запахло будоражащими новыми местами и загадками, которыми только можно пользоваться для того, чтобы сделать по-настоящему захватывающую книгу.
Раскрасневшаяся Митрадора, в общем, так и не выбившаяся из образа заслуженной учительницы, надела очки в тонкой золотой оправе, усмехнулась:
— Данила Петрович, завернуть вам товар или так возьмете?
Удавил бы старую стерву, но кто за нее будет работать? Войдя, Данил прикрыл за собой дверь, достал диктофон, присмотрелся. Голая растрепанная женщина, сжавшаяся в комочек на ковре возле постели, уже ничем не напоминала холеную и уверенную в себе особу, без всяких комплексов решившую сделать свой маленький бизнес на государственном перевороте.
Проверки ради поманил рукой, громко расстегнул «молнию» на джинсах снизу доверху:
— Иди сюда, тварюшка.
Ада подползла на коленках, задрав заплаканное личико, каждую секунду ожидая удара. Следы от ремня, покрасневшие укусы — ничего, спишется…
— Отставить, — сказал Данил застегиваясь.
Глава 5
БЕДНЫЙ ПАПА, БЕДНЫЙ ПАПА, ТЫ НЕ ВЫЛЕЗЕШЬ ИЗ ШКАПА…
После первого удара он не разозлился и не встревожился — просто удивился.
Времени на раздумья не было: пожилая седовласая тетка, увиденная им впервые в жизни, молниеносно развивала успех. Звеня медалями, принялась лупить его по голове раскрытой сумочкой, крича:
— Что ж это делается, люди? В карман залез при всем честном народе… Вот он, кошелек! Успела выхватить!
Пацей недоуменно отстранялся, пытаясь одной рукой отодвинуть нападавшую подальше.
— Помогите, люди! Мало того, что кошелек вытащил, он еще и старуху бьет!
Людей возле магазина было не так уж много — человек пять. И все, конечно же, смотрели, как пожилая женщина в очках, очень похожая на учительницу, с орденом Красной Звезды и десятком медалей на груди, лупит сумочкой неприметного мужчину, одетого не богато и не бедно.
— Послушайте… — заикнулся было Пацей.
